Звон разрушения! — Ответил я сплошной волной звучания, от которого воздух начал плавиться, а земля трескаться. Но Гай, окутавшись тонким, едва видимым покровом, спокойно сдержал мой натиск, закончив неспешное формирование техники на кончике пальца и отпуская ее в полет.
Доспех звука! — Звон разрушения и так должен был дестабилизировать любые чужие конструкты. Но белая вспышка словно и не заметила его, впившись в мой покров и растворившись там. А через мгновение меня скрутило болью. Ментал. Нервы окунули в чан с расплавленным металлом. Тело отказалось слушаться. Но я все же ответил.
Копье сознания! — Волна из верхнего ядра попыталась вымыть чужую силу, а потом и сформировалась в копье, попавшее прямо в цель. Но слепец просто поймал его рукой, а вместо того чтобы откинуть, словно впитал в себя…
— Тоже боль… — Словно бы пробуя на вкус мою технику, произнес он. Я и не надеялся на сильный эффект, все же копье было слабо. Но вот так вот просто влить в себя чужую силу…
— Но твоя боль ничтожна. Как и слабы стихии. — На этих словах в его левой руке появилась почти полная копия посоха, сотканная из серого свечения. А меня сразу же передернуло от вида этого.
— Разве это не умение? — Тут же спросил я, вспоминая, как вот такие вот фантомы действовали отдельно от самого Гая, и одного удара такого призрачного посоха хватило для убийства стражника на этапе ядра, а полноценные проекции в виде самого фанатика, из того, что я видел, и по воспоминаниям Нелл, обладали просто зашкаливающей силой.
— Как ни странно, нет. — Спокойно ответил тот. — Это техника. — И вот этот ответ меня поразил еще сильнее.
— На какой ступени познавшего ты находишься, чтобы так кристаллизировать силу? Или не познавшего, а проводника? — Новый вопрос. Ведь я не понимал, как можно настолько уплотнить ци, чтобы создавать своих фантомов. Вернее тут речь шла не об уплотнении, а о невероятном контроле, выходящем за всякие рамки. Может он и не познавший вовсе? Ведь раньше я видел подобное только в ударе Тени, пронзившей меня насквозь.
— Хо… Я всего лишь познавший. Но какой ступени, не скажу. Однако хватит разговоров. — Не стал отвечать фанатик. Как и не стал отвечать ранее о том, сколько у него ядер. Но хотя бы на вопрос о том, зачем ему вообще нужны слуги и рабы, если он и сам может запросто удерживать портал, я получил ответ. И оказалось, что контроль Неба за использованием людей из молодых миров был куда строже. Так что если, по словам Гая, он бы оглушал тварей, оставляя землянам только тех добивать, то буквально за считаные дни те могли лишиться благословения Неба и перестать получать награды. Страшная участь, которая могла показаться многим хуже смерти. И именно поэтому землян берегли как зеницу ока, не превращая их даже в конвейеры по убийству оглушенных тварей. Но мои мысли были прерваны молниеносной атакой посохов. Сначала реального, а затем и призрачного.
— Ахр! — Просветление уже исчезло, как того и хотел фанатик. И теперь я в полной мере ощутил всю боль, разливающуюся по телу нестерпимым жаром. Хотелось закричать. Хотелось бросить все и убежать. Но…
Стрела звука! — Сильнейшая на данный момент техника взорвала реальность, стесывая остаточными завихрениями землю, но Гай показался через мгновение, уклонившись от основного ядра атаки и спокойно выдержав остаточные явления, снова замахиваясь посохом, объятым бесконечной болью.
Звон разрушения! Хлопок силы, стрела звука, крик Баньши. Лезвие звука… — Я пытался применить все пять свои боевые техники, и как мог, защищался от ударов посохом. Но итог был предрешен. Не прошло и пары минут неспешного для Гая темпа боя, а куча костей в моем теле оказались переломаны. Но их я даже не ощущал, ведь весь организм и энергосистему просто заполонило чудовищным количеством Боли! Она плескалась в каждой клеточке, сводя с ума. Соблазн отступить или приглушить этот ад просветлением был чудовищен. Но я в исступлении, и понимая, что сейчас могу переступить через порог своих возможностей, продолжал бой. Могло ли это быть попыткой меня убить? Могло. Но реши он так, и мало что его могло бы остановить. Разве что небольшой термоядерный заряд, лежащий в моем пространственном кармане. Страховка последнего шанса…