— Могли. Но я в это слабо верю. Чтобы вывести тысячу людей на ядро, я уже не понимаю, какие ресурсы там должны были быть? Но на третий этап уйдет в тысячи раз больше. А может, в сотни тысяч. Тем более так быстро. А в твоем мире появился первый человек на третьем этапе?
— Ага. Расскажи, что знаешь про эту ступень.
— Если кратко, то суть стадии сводится к тому, чтобы развернуть свои звезды. Стереть их оболочки. Вернее трансформировать те. После чего вся плоть вокруг звезд начинает трансформацию, приобретая свойства самих звезд. Пускай и отдаленно. Таких людей называют мастерами, теми, кто достиг стадии формирования тела ци. Резерв на третьем этапе растет слабо. В меньшей степени чем на ядре. Зато тело приобретает невероятные свойства, совершая резкий рывок по всем закалкам. Сила, скорость… Когда ты завершишь тело ци, то сможешь купаться в кипятке, дышать огнем и есть камни…
— И все? — Услышанное в целом я уже мельком знал. Но хотелось бы как-то побольше информации.
— Все. Ай! Яй! — она дернулась, когда я, продолжая экспериментировать и водя рукой ей по спине, влил слишком много ци. Грубо? Конечно. Но в отношении нее грубость была скорее полезной, чем вредной. Все же она была, по факту, моей рабыней. Причем выросшей в мире тотального поклонения силе, пускай и с философским налетом про волю Неба.
— Что мешает раскрывать звезды на этапе ядра? — Задал я логичный вопрос.
— Эм… — Она сморщилась, потирая спину. С учетом того, что вчера ее немножечко проткнули копьем, которое она потом спокойно выдрала, вливание ментальной ци действительно могло быть очень болезненным.
— Пока ты не достигнешь определенной плотности энергосистемы, это будет невозможно. А подобный уровень наступает гораздо позднее, чем все звезды будут углублены на этапе ядра.
— Понятно. — Протянул я, понимая, что мне нужно ускориться в прокачке. А то я, получив невероятную мощь сразу на начальной стадии ядра, вернее ядер, как-то чуть забил на культивацию, сосредоточившись на техниках. А вот Нелл, наоборот, кидала все силы на рост своей силы. Вернее пока что на создание клонов и откормленных духов, которых потом могла использовать для слияния с собой.
— А знаешь. Ты свободна. Можешь идти куда хочешь… — Произнес я после длительного молчания. И она тут же дернулась, поднимаясь и уставившись на меня карими глазами. А ее лицо вдруг начало теплеть, что обычно у людей значило панику. Правда, здесь даже теплового зрения было не нужно для чтения эмоций.
— Что, не хочешь? — Ухмыльнулся я свой шутке. Не особо уже веря в то, что она воспользуется предложением. Хотя, если перестать ей давать те крохи ресурсов и начать избивать куда сильнее… Впрочем, сколько бы я ее ни бил, на вопрос будут влиять только ресурсы…
— Вообще-то, я рассчитывала остаться с тобой…
— И как долго?
— Можно и навсегда, в качестве наложницы…
— О… Так скромно? А на место жены даже не претендуешь? — Пошутил я.
— Навряд ли я смогу на него претендовать. — Устроилась она обратно, ложась сверху.
— И почему же? Не то чтобы я хотел вообще на ком-то жениться. Один раз чуть не угодил в эту ловушку…
— Наверное потому, что рано или поздно появится множество других кандидаток, сильнее, влиятельнее, на следующих этапах. Мне с ними будет невозможно конкурировать.
— Если мир не рухнет…
— И если рухнет тоже. Кто-то точно выживет из твоего мира. А многие семьи, кланы и рода из других миров будут рады принять сильного адепты к себе или выдать за него дочерей, если он будет достаточно влиятелен. Между тобой и кучей сильных родов не будет вражды просто потому, что ты из молодого мира, с которым они воевали. Они не ощущают ненависти. Война рано или поздно закончится. Всех людей, города и ресурсы поделят. Тех, кто стал силен, побоятся трогать, решив, что куда лучше договориться и заключить союзы. Ты сможешь обосноваться где захочешь, даже создать свое государство в отдаленном узле древа миров. — Серьезно ответила она.
— Ты так не веришь, что мы можем выжить и стать независимыми? — Чуть погрустнел я.
— Не особо. Я видела людей. Слабые. И хотя и в нашем мире, говорят, люди были слабы. Но они были все же сильнее. У нашего мира не было големов, не было думающих машин. Но было огнестрельное оружие, самолеты… И мы прошли по грани. Выжили потому, что привыкли воевать. Три континента вели непрерывную войну. Но объединились с приходом Неба. И даже так мало кто выжил в войне. — Ее слова были наполнены констатацией фактов. Ее мир когда-то был, похоже, на уровне двадцатого века. Может чуть раньше. Но технологии деградировали. Не исчезли, но стали не нужны. Никто не будет платить за холодильник, если вместо этого можно купить пучок ценных трав, в надежде стать чуточку сильнее и ближе к небу. И возможно, то же самое станет и с нами. И это в лучшем варианте. И все же ее честность подкупала меня.