- Жди меня, вернусь, подпишу, я почти все сверил, осталась последняя страница.
Я кивнула. Когда за ним закрылась дверь
Инна, взглянула на меня грустно. Я поняла, что быстро не будет.
- Слушай ты иди к себе, как он подпишет, я тебя наберу. - Сказала она.
Я обрадовалась такой возможности, мне ещё нужно было заполнить анкеты для сотрудников, чтобы завтра отправить паспорта для визы.
Ровно в 18:00 я набрала Инну.
- Он пришёл, но пока на телефоне. Я тебя наберу.
Я нервно положила трубку, и начала готовить вещи, чтобы уйти. Решила переодеться для Бор-Хауза, чтобы сэкономить время.
Должна сказать, что рабочая форма: хлопковая футболка, с низким вырезом заправленная в коротенькую джинсовую мини-юбку мне очень шла. Вид дополнялся удобными сандалиями на платформе на высоком широком каблуке, благодаря им и юбке, мои и так стройные ноги казались длиннее вдвое.
Я должна была поблагодарить Лууну за эту обувь, так как на первую смену я вышла в туфлях на каблуках, типа копытца, и к 12ти ночи не могла практически передвигаться. Она подозвала меня, спросила мой размер обуви и достала из шкафа эти ходули. Когда я удивленно посмотрела на неё, она рассмеялась и сказала:
- Одевай, одевай, потом мне спасибо скажешь.
И правда туфли оказались очень удобными и легкими. И после смены я честно подошла сказать ей спасибо.
- Нравится, бери. Я все равно их больше не ношу.
С тех пор это стало моей рабочей обувью.
Я переоделась, и начала жутко нервничать.
Через 15 минут Инна мне позвонила с мобильника, и сказала прийти за документом завтра с утра. Кирилл его подписал, но они уже все ушли, она забыла меня набрать.
Я нервно посмотрела на время, схватила сумку, накинула и застегнула мой рабочий длинный пиджак. Сказать по правде, юбка, из под него, была еле видна, а футболка, едва выглядывала из отворота.
Вообще вид у меня был вызывающий, одни ноги.
Я зашла в лифт, нажала на первый этаж, и нагнулась, чтобы застигнуть застежку на сандалиях.
В этот момент лифт остановился. Я увидела ноги в дорогих ботинках, и представила себе, как я выгляжу в такой позе.
Покраснев начала пониматься, поправляя юбку и вырез пиджака, когда наткнулась на удивленный и оценивающий взгляд серых глаз. Видно было, что ему понравилось все, что увидел.
- На свидание собралась ? - язвительно спросил Алекс.
Я поджала губы и ничего не ответила.
Алекс был напряженный как струна и вообще взбешенный до крайности.
Я не сразу поняла почему, а потом догадалась – в моем взгляде на него больше не было ни восхищения, ни восторга. Я отвела взгляд и теперь смотрела не на него, а на свое отражение в зеркале лифта. И где-то внутри отчетливо понимала, что выглядит это не слишком правильно и достойно, но не могла иначе.
Алекс несколько секунд смотрел на меня мрачно и даже как-то зло, а затем наклонился и прикоснулся к моим губам. Осторожно, нежно, едва-едва, и вдруг резко, почти болезненно смял, целуя жадно, неистово, агрессивно. А я… я задохнулась от злости и обиды. Рванулась, пытаясь прекратить это, и в то же мгновение была прижата к стенке лифта жестким телом мужчины. Прижата настолько сильно, что не было возможности даже вдохнуть поглубже, не то чтобы вырваться. Но ему этого было мало – движение, и мои руки подняты вверх, а запястья он сжал одной рукой, открывая пространство для маневров второй. И когда его ладонь скользнула по моей щеке, шее, плечу, а затем властно сжала грудь – я зарычала от ярости! Потому что не было ни гормональной революции, ни эмоций, ни упоительного блаженства – обида и злость. Дикая. Неистовая. И пугающая мысль – что же на самом деле я ощущала тогда в доме отдыха? Что?! Алекс остановился. Замер, тяжело дыша и вздрагивая напряженным до предела телом, затем схватил за подбородок, при поднимая мое лицо и вынуждая взглянуть на него. Вгляделся в мои полные злых слез глаза и глухо застонал сквозь стиснутые зубы. В этот момент открылась дверь лифта, он развернулся и вышел. Я почему-то последовала за ним.
- Знаешь, Алекс, я так и не поняла, зачем ты мне дал неправильный номер телефона?
- А ты звонила?- Он остановился и странно на меня посмотрел.
- Да, звонила,хотела сразу все объяснить, как только узнала. - зло ответила я.
Потом продолжила.
- Что для тебя это? Встреча двух старых друзей? Так вот, для меня совсем нет, чтобы было понятнее, для меня это встреча оскобленной женщины с тем о чем она хочет забыть! И звонила я, чтобы сказать тебе, что ты наглый урод. Я не проститутка, и что мой идиотский “не друг “ не неудачно “пошутил”, а намеренно ввел тебя в заблуждение из мести. Ты повелся на провокацию, и я больше никогда не хочу иметь с тобой ничего общего. И чтобы ты засунул себе куда-нибудь далеко твои вонючие деньги.
Затем развернулась и, со всех ног, побежала в сторону метро.
Когда села в вагон, попыталась анализировать, что это было, и что с этим делать.