Ей нужно было помнить эту его особенность, то, каким стойким он был.
Когда она снова приблизилась, Кир оторвался от своей задачи — очевидно, его внимание привлекло недавно открывшееся взгляду чёрное платье Миры. Это было одно из её любимых платьев, из лёгкого шёлкового шифона с короткими рукавами, застёгивающееся спереди на пуговицы и облегающее талию поверх чёрной шелковой комбинации.
Мира специально надела это платье, потому что оно не облегало фигуру, но взгляд Кира скользнул от подола к вырезу. Он остановился на этом, не глядя ей в лицо, не встречаясь с ней взглядом. На его скулах заиграл мускул, и он опять обратил внимание на свой наполовину зашнурованный правый ботинок.
Взгляд был недолгим, и в нём не было страсти, но он был напряжённым. В десятый (или сотый?) раз со вчерашнего вечера Мира мысленно вернулась к тому моменту в своём кабинете.
То, как отреагировало его тело. Как потемнели его глаза. Звуки, которые он издавал. Его запах — его густая кровь и тёмная мужественность.
И то, как он смотрел на неё. Голодный и властный, но в то же время предлагающий себя. Он позволил бы ей кормиться от него, она была уверена в этом. И она была так, так расстроена… потому что хотела этого.
Боже, как бы ей этого хотелось.
Мира, пошатнувшись, плотнее прижала к себе своё пальто.
Проклятье. Все эти годы она хвалила себя за успехи, поздравляла с самоконтролем — и вот, пожалуйста, она практически истекала слюной. На этот раз она не могла винить в этом свои потребности в крови.
Проглотив комок стыда и разочарования, Мира заставила себя сосредоточиться на настоящем. Она была здесь в профессиональном качестве. Потому что он был для неё… чем-то особенным. Потому что ему причинили боль.
Кир снова прервал своё занятие. Он опёрся локтем на колено и сильно прижимал тыльную сторону руки к глазу. Его дыхание участилось.
Он ведь не почувствовал её возбуждения, не так ли?
Это было бы просто ужасно.
Пытаясь прощупать его, Мира спросила:
— Ты в порядке?
Кир не ответил. Он провёл рукой по волосам и слегка тряхнул головой, словно пытаясь привести мысли в порядок. Он завязал шнурки на правом ботинке и принялся за другой.
Пытаясь хоть чего-то добиться в этой продолжающейся неразберихе, Мира спросила:
— Почему ты не обратился за медицинской помощью после того, как получил травму?
Она была так сосредоточена на себе, что даже не спросила об этом вчера вечером, хотя это должно было стать её первым вопросом.
— Я не думал, что всё так плохо.
— Тебя подстрелили.
Кир хмуро уставился на свои шнурки. Его руки действовали стабильнее. Мира была уверена, что теперь он был достаточно бдителен, чтобы намеренно избегать объяснений.
— Кир.
Он резко сел, и на его лице отразился гнев.
— Я не понимаю, почему никто не может понять, что сейчас просто происходит куча дерьма, и это не казалось таким уж важным.
— Что ты имеешь в виду? Что происходит прямо сейчас?
Он снова наклонился, чтобы заняться своими ботинками.
— Ничего, я просто… не обращай внимания.
Это была оплошность, она поняла это по его внезапному напряжению. Это важно.
— Кир, что сейчас происходит? — когда он проигнорировал её, Мира снова спросила: — Кир?
— Ты пришла сюда, потому что знала, что меня будет легче допрашивать, когда мои мозги наполовину поджарены?
Мира отшатнулась, ошеломлённая и оскорблённая.
— Конечно, нет. Я пришла проведать тебя.
— Значит, допрос — это просто, что? Попутное занятие?
Мире не понравилось, что он был прав. Она ухватилась за эту возможность. Но называть это допросом казалось дико несправедливым. Однако она не хотела обсуждать разницу, поэтому решила сменить тему разговора на более насущную.
— И куда же, по-твоему, ты направляешься? Совершенно очевидно, что тебе сейчас ничего не надо делать, кроме как отдыхать.
— Ну, это личное дело. Не относится к вашему расследованию, — закончив шнуровку, Кир встал, оглядываясь в поисках чего-то.
На этот раз она не могла так просто это оставить.
— Это несправедливо. Я беспокоюсь о тебе.
— Нет, не беспокоишься.
— Нет, беспокоюсь, — Мира протянула ему воду.
Он пристально посмотрел на неё.
— Что это? Это часть твоей профессиональной ответственности? Мы налаживаем взаимопонимание?