Когда Кир повернулся к ней, она поискала ещё и нашла их на его рельефном животе и мускулистой груди. В основном они были старыми, но были и новые, тёмные и заметные.
Она хотела узнать об этом, но ещё больше ей хотелось исследовать его, прикоснуться к каждому дюйму его тела. Её взгляд скользнул вниз, к его напрягшемуся члену.
Но у Кира были другие планы. Он протянул ей руку, Мира шагнула вперёд, чтобы принять этот жест, и он повёл её в душевую кабину без дверей.
Горячая вода была божественна, она успокаивала после стресса, после секса. И то, как капли скользили по телу Кира… восхитительно.
Он начал намыливать губку с выражением абсолютной сосредоточенности на лице. Он подошёл ближе и начал нежно тереть её шею и плечи, спускаясь вниз по рукам.
Его прикосновения были собственническими, требовательными. И нежными тоже.
Он держался в стороне от основных струй воды, позволяя ей наслаждаться тем, как он нежно мыл её грудь, живот, спину и ягодицы. Миру никогда раньше не мыл кто-то другой, и это удовольствие удивило её. Прикосновение, радость от того, что кто-то — и не просто кто-то, а он — заботится о ней так интимно. Он провёл губкой по её промежности, заставив её ахнуть.
Кир сразу же остановился и нахмурился.
— Болит?
— Нет. Это просто… ощущается приятно.
Он издал довольный звук, затем опустился коленями на твёрдую плитку, чтобы уделить внимание её лону и бёдрам. Мира положила руки ему на плечи, наслаждаясь его вниманием. Он прижался губами к её животу. Слизнул воду, стекавшую по её коже.
Мира ахнула, когда по телу разлилось отчаянное тепло, но Кир вернулся к работе губкой, а затем встал. Он снова был полностью возбуждён, его член вздыбился от неистовой потребности, яйца туго подобрались. По его стволу вздулись тяжёлые вены.
Мира остро ощущала состояние его тела — и своего собственного — когда он принялся мыть ей голову.
— Кир…
— Я просто… я не могу… Я забочусь о тебе.
Она позволила ему и себе насладиться этим.
После душа, когда она была чистой, а он бесцеремонно быстро вымылся, отказавшись от её внимания в той манере, которая очень её раздосадовала, Кир принёс ей свежее полотенце.
Мира слегка высушила волосы, затем обернула полотенце вокруг себя.
— Почему ты не позволил мне вымыть тебя? Ты же помыл меня.
Кир грубо вытер полотенцем своё тело.
— Я не хочу, чтобы ко мне прикасались.
Это встревожило её.
— Почему? Я прикасалась к тебе раньше, тебе разве не понравилось то, что…
— Мне понравилось. Думаю. Я не хочу об этом говорить.
Ей это совсем не понравилось.
— Кир…
— Я думал, что после этого мне станет лучше, но… я думаю, мне, наверное, стоит уйти.
— Нет.
Он раздражённо указал на свой член, который был таким твёрдым, что напрягся, вены вздулись, головка налилась кровью, и из неё сочился предэякулят. Его яйца были полными и напряжёнными у основания. Мира покачнулась, ухватившись за шкафчик в ванной.
— Мира, я, наверное, буду таким весь грёбаный день.
— Ты расстроен из-за этого.
— Да, я чертовски расстроен из-за этого. Мне не нравится чувствовать, что я не контролирую ситуацию.
Мира поняла это.
Его взгляд метнулся к двери.
— Не уходи, — сказала она.
— Тогда, по крайней мере, покормись от меня. Чтобы я мог успокоиться, чёрт возьми.
От этой мысли у Миры потекли слюнки, но она сосредоточилась на тёмных кругах у него под глазами. Она дважды кормилась от него с тех пор, как он получил травму, и он не спал.
— Только не тогда, когда ты так устал.
Он оттянул свой член вниз, затем отпустил, позволив ему шлёпнуть по животу, и застонал.
— Я, бл*дь, выгляжу усталым?
Мире не понравилось, как он это делал. Но она хотела, чтобы он остался, и понимала его точку зрения.
— Хорошо.
Он сорвал с неё полотенце и, схватив за руку, потащил к ванне. Когда он сел на широкий бортик, Мира оседлала его, и её лоно болезненно прижалось к нижней части его толстого члена, зажатого между их телами.
Она заколебалась, внезапно почувствовав неуверенность в себе и в нём. Он не мог ясно мыслить. Возможно, это не самая лучшая идея.
— Пожалуйста, Мира, — сказал он напряжённым голосом.
Мира склонилась к его шее, вдыхая его запах. Для неё это было ещё в новинку. Он наклонил голову, подставляя пульсирующую вену. Когда она лизнула это место, Кир застонал, и его член дёрнулся, прижавшись к её животу. Она зашипела и укусила его.
Кровь, попавшая ей в рот, была чистым блаженством. Насыщенная, пряная и очень, очень эротичная. Она застонала, глотая.