― Поверьте женщине, которая занимается этим уже много лет. Тот факт, что вы верите, что будете ужасной матерью, означает, что вы будете лучшей матерью, чем большинство. Хуже всего портят своих детей те, кто считает себя Святыми Покровителями, воспитывающими следующего Папу Франциска.
Веда ухмыльнулась, а затем смех вырвался у нее из горла.
― Вы не предохранялись? ― спросила Доктор Нейлер.
― Предохранялась! Я принимала противозачаточные. И никогда не пропускала ни одной таблетки. Также я сдала анализы, прежде чем согласилась заниматься сексом без презерватива. Я все сделала правильно, черт возьми. Но, конечно же, я попала в те самые 0,001%, которые все равно облажаются. Конечно.
Она вздохнула, бросив взгляд на доктора Нейлер.
― Извините. Это не ваша проблема. Вы были так добры, что позволили прийти в нерабочее время, а теперь я кричу на вас.
― Послушайте. Я понимаю. Это большая ответственность. Дорогостоящая ответственность. Ничего такого, к чему стоило бы относиться легкомысленно.
Она глубоко вздохнула и подошла к кровати.
― Слушайте, я могу дать вам номер телефона...
― Нет, ― Веда покачала головой, прежде чем смогла закончить. ― Я не могу сделать аборт.
― Надеюсь, я не переступаю границы дозволенного, но...
Доктор Нейлер обеими руками обхватила руку Веды.
― Мы обе видели рентгеновские снимки. И цифры не лгут. Может быть, тот факт, что вы забеременели несмотря на то, что принимали таблетки, несмотря на ваши уникальные обстоятельства… Может быть, это благословение, Веда. Настоящее чудо.
Веда шмыгнула носом.
― Доктор, который осматривал меня… После нападения… Он сказал, что этого никогда не случится.
― Цифры говорят в пользу его утверждения. Но «никогда» ― это слишком сильно сказано, и я думаю, мы обе поняли ― после того, как один из этих маленьких парней проскочил мимо таблетки и всех ваших рубцов в маточных трубах... что вы из тех, кто бросает вызов трудностям.
― Я просто никогда не представляла себе этого. Иметь детей. Быть чьей-то мамой.
― Вы все еще молоды. Вы только что закончили медицинскую школу. У вас вся жизнь впереди. Мир на вашей ладони. Я не виню вас за то, что вы не готовы. Вам еще многое предстоит сделать в жизни.
Доктор Нейлер сжала ее руку.
― Но могу я поделиться с вами маленьким секретом? Неофициально? Как женщина с женщиной?
Веда мягко кивнула.
― Идеального времени никогда не будет. Не ждите слишком долго. Я это сделала, и я сожалею об этом каждый день.
Она шмыгнула носом.
― Я родилась нежеланной. Много лет назад мне было все равно. Я не рассматривала это как потерю. На самом деле я была очень похожа на Вас. Я не хотела детей. И когда я забеременела вскоре после окончания медицинской школы, я не была готова. Я приняла решение прервать беременность. Я сожалею об этом решении...
Она втянула воздух, крепче сжимая руки Веды.
― Каждый божий день. Каждый божий день… мы с мужем боремся за еще одно чудо, и когда мы его не получаем, я задаюсь вопросом, возможно Бог наказывает меня за то, что я сделала.
Веда сжала ее руку в ответ, не в силах придумать, что сказать.
― Тот доктор был прав, Веда. Инфекция, которую вы подхватили во время нападения, оставила такие рубцы, которые делают оплодотворение практически невозможным. Это не должно было случиться с вами. Но это произошло. И единственное чем это может быть… Это может быть только вашим чудом.
Веда прикусила нижнюю губу. Несмотря на то, что она не рассказала доктору Нейлер реальную историю о своем нападении, а вместо этого выдумала какого-то вымышленного мужчину, который последовал за ней по вымышленному переулку на вымышленное свидание, суть все равно была та же. Тот факт, что воздействие одного из нападавших задержалось внутри нее еще надолго после того, как они бросили ее в океан умирать. Что один из них оставил после себя инфекцию, которая была излечима, но уже нанесла ущерб ее матке к тому времени, когда она просто поняла, что она была там.
Предположив, что эмоции в глазах Веды были вызваны мыслями о ее ребенке, а не слепой яростью при мысли о ее злейших врагах, доктор Нейлер похлопала ее по руке.
Выведенная из транса, Веда снова посмотрела в глаза доктору Нейлер, и ее захлестнуло чувство вины.
Чувство вины из-за того, почему она выбрала доктора Нейлер в первую очередь. Она выбрала ее не потому, что та была лучшим акушером в больнице. Она выбрала ее не потому, что та согласилась назначить их встречу в нерабочее время Гейджа. Она выбрала ее не потому, что та пообещала никогда не рассказывать Гейджу, поклявшись соблюдать максимальную конфиденциальность.
Веда выбрала доктора Нейлер не по какой-либо из этих причин, какими бы убедительными они ни были.
Она выбрала Доктора Нейлер, потому что та была женой Брока Нейлера.
И Веда сделает что угодно, чтобы стать ближе к Броку Нейлеру.
Вот во что она превратилась? В лгунью? Манипулятора? Эксплуататора?
В то время как одна часть ее была взволнована, услышав, что Брок, вероятно, не будет размножаться в ближайшее время, другая часть ее была глубоко обеспокоена болью в глазах доктора Нейлер. Слезы заставили их блестеть. Отчаяние, которое было ясно как день.
Веда хотела ребенка для этой женщины больше, чем для себя.
― Это благословение, Веда.
Доктор Нейлер говорила откровенно, раскрывая свое истинное сердце.
― Я думаю, однажды Вы поймете, о чем я говорю.
― Но в том-то и дело.
Веда пожала плечами.
― Я не просто хочу, чтобы мой ребенок был для меня благословением. Я хочу быть благословением для своего ребенка. А прямо сейчас я не являюсь благословением. Я просто гребаный беспорядок.
«Гребаный беспорядок, который использует тебя, чтобы подобраться ближе к твоему мужу.
Гребаный беспорядок, который ищет возможность срезать его орешки, гарантируя, что он никогда не сможет подарить тебе ребенка, которого ты так отчаянно жаждешь».
― Если я вынуждена стать чьей-то мамой.
Веда пыталась игнорировать свои мысли.
― Я, по крайней мере, хочу быть хороша в этом. Прямо сейчас? Я просто не вижу этого в себе.
Как она могла показать ребенку настоящую любовь, когда сама все еще боролась за то, чтобы установить мир внутри себя? Как она могла вырастить здорового ребенка, когда сама была до верху полна гневом и ненавистью? Способная заразить любого, кто подойдет слишком близко, включая ее невинного ребенка?
Она не могла.
Пока она не отомстила за невинность, которую у нее украли десять лет назад.
Если у нее был хоть какой-то шанс стать хорошей матерью, ей нужно было закончить то, что она начала.
Ей необходима месть.
Не только ради себя, но и ради ее ребенка тоже.
Доктор Нейлер мягко улыбнулась.
― Ваша беременность сопряжена с высоким риском, и вы не будете в безопасности еще двенадцать недель. Это уйма времени. Не принимайте это близко к сердцу. Найдите время, чтобы подумать об этом ребенке так, как он нуждается и заслуживает.
Не принимайте близко к сердцу?
Веда чуть не рассмеялась.
Вместо этого она одарила доктора Нейлера застенчивой улыбкой.
― Не хотели бы вы как-нибудь пообедать со мной?