― Вау, ― сказала Веда, полностью оправившись от своей эмоциональной реакции, вытянув руки по бокам. ― У меня есть друзья в этом месте? Я думала, что все меня ненавидят.
― Джейк заплатил нам всем по десять баксов, чтобы мы были здесь.
― О.... Джейк, ― Веда прижалась к нему там же, где он все еще стоял, согнувшись, зажигая свою свечу, несмотря на то, что ее окружал тихий смех всех присутствующих, уверяя ее, что они шутят. Что в этой больнице было по крайней мере несколько человек, которые не видели алую букву, выжженную у нее на груди каждый раз, когда смотрели на нее.
Как только Джейк зажег свечу, дверь в комнату распахнулась, и появилась Коко Локвуд, тяжело дыша. Ее темно-коричневые щеки слегка покраснели от бега, длинный черный хвост все еще болтался позади нее, когда ее широко раскрытые карие глаза встретились с глазами Веды.
Веда даже не осознавала, что в комнате кого-то не хватает, пока не ворвалась ее любимая студентка-медсестра и Веда обнаружила, что пересекает комнату с раскинутыми руками.
Коко с улыбкой приняла объятия Веды.
― Мне так жаль, что я опоздала, Веда. Я хотела сделать большой сюрприз, но мы с мамой попали в автомобильную аварию по дороге сюда. Это была полностью ее вина. Клянусь Богом, она водит машину, как девяностолетняя азиатка.
Коко протянула руку через комнату.
― Без обид, доктор Джин.
― Да, азиаты не умеют водить.
Доктор Джин пожала плечами, уверяя Коко, что извинения не нужны, и тихий смех последовал за ее нерешительным признанием.
Взгляд Коко метнулся к свече, горящей на торте.
― Я не пропустила песню на день рождения?
― Нет не пропустила, малышка, ― сказал Джейк.
Студент-медбрат заговорил с того места, где он сидел на одной из двухъярусных кроватей.
― Но тебя не было последние несколько дней, так что ты пропустила собрание сотрудников, на котором Гейдж Блэкуотер порадовал нас всеми забавными способами, которыми он планирует просрать наши деньги и наши жизни.
Коко нахмурилась.
― Это не похоже на Гейджа.
― Веда бросила его, ― проинформировал он.
Коко бросила сочувственный взгляд на Веду.
― Прости...
― Это я должна извиниться перед тобой, любовь моя, ― сказала Веда. ― Из того, что я поняла на том ужасном собрании, первыми полетят головы студентов медсестер и медбратьев.
― Это круто...
Коко пожала плечами, одергивая рубашку с длинными рукавами, которую носила под халатом.
― В любом случае, в этом семестре у меня все занятия повышенной сложности. Мне бы очень пригодились свободные выходные. Последний большой рывок для Стэнфорда и все такое.
Глаза Коко загорелись, когда она заговорила о Стэнфорде, школе, где Веда получила степень доктора медицины.
Веда не смогла сдержать вздоха от того, какой наивной была этот ангел с широко раскрытыми глазами, которая так радовалась, подражая ей. Ей. Маме-монстру для ребенка. Незваной гостье. Соучастнице убийства. Кастратору…
Веда мысленно пробежалась по списку, который действительно можно было продолжать и продолжать, не в силах отрицать тот факт, что она оказывала ужасное влияние.
Но глаза Коко тем не менее сияли восхищением.
― Мои родители никогда бы не позволили мне бросить работу. Гейдж, уволивший меня из-за сокращения штата, будет идеальным оправданием. Я буду рада лишним часам.
― Что ж, я рад, что один из нас счастлив потерять работу, ― раздался голос.
― Пока еще никто не потерял работу, ― сказала Веда.
― Не могли бы мы свести разговоры о том, насколько испорченной может стать наша жизнь, к минимуму, хотя бы еще на пять минут? ― взмолился Джейк. ― Это особенный день для Веды.
― На самом деле это не так уж и важно, ― сказала Веда.
Ее коллеги имели право бояться, и они имели право обвинять ее. Они не знали всей истории. Они не знали, что Гейдж на самом деле был тем, кто сломал ее. Что он сделал это всего за несколько секунд до конца игры, точным чистым броском, как раз вовремя, чтобы хорошенько ее обрюхатить. Веда никогда не смогла бы рассказать об этом своим коллегам. Она никогда не сможет сказать им настоящую правду. Так что она понимала их разочарование.
― Выговоритесь, ребята, ― сказала она. ― Правда.
― Итак, мы будем петь? В десять у меня аппендэктомия.
― Да, у меня гистерэктомия.
― Грыжа.
― Анальные трещины.
Джейк повернулся к Веде.
― Мы не смогли прийти к единому мнению о том, относишься ли ты к тому типу людей, которые хотели бы, чтобы им пели...
― Пойте уже, ― сказала Веда.
И зазвучала песня «С днем рождения». Ее мелодия наполнила дежурную комнату, из-за чего она не могла не улыбнуться, и на мгновение Веде стало хорошо.
― С днем рождения, дорогая Вееедааа! С днем рождения те…
Песня резко оборвалась, когда дверь в дежурную комнату распахнулась, ударившись о стену.
Веда ахнула, поворачиваясь на каблуках. Взгляд упал на дверь, и улыбка на губах увяла.
― Что происходит? ― потребовал Гейдж с порога, упершись кончиками пальцев в дверь.
Пиджак его бордового костюма был расстегнут, открывая серый полосатый галстук и белую рубашку на пуговицах. Его грудь быстро поднималась и опускалась. Когда молчание затянулось слишком надолго, он повысил голос.
― Что, черт возьми, здесь происходит?
Вздохи. Приглушенные ответы. Неразборчивое бормотание. Затем каждый уголок комнаты погрузился в мертвую тишину. Несколько студенток-медсестер пробежав через палату, протиснулись мимо Гейджа и выскочили в коридор. Повисла напряженная тишина, когда темно-карие глаза Гейджа обежали всю комнату, как будто он мысленно фотографировал каждого человека внутри нее.
Веда вытянула руки.
― Они просто улучили минутку, чтобы пожелать мне счастливого дня рождения. И уже как раз возвращались к работе.
Гейдж даже не взглянул на нее, его голос повысился.
― Наш вестибюль полон пациентов, которые ждут, чтобы их осмотрели, а койки переполнены пациентами, которые рассчитывают на ваше внимание и заботу. Я плачу вам не за то, чтобы вы стояли и пели песни, пока находитесь на дежурстве. Вы все можете ожидать рапорта до конца дня.
Послышались стоны из каждого угла комнаты.
― Гейдж, это заняло всего одну минуту, ― закричала Веда, съеживаясь перед ним, указывая внутрь комнаты, чувство вины почти съедало ее заживо. ― Иисусе, пожалуйста, не наказывай их за то, что они сделали что-то хорошее для меня.
Гейдж шагнул вперед, заставив Веду отступить назад.
Остальные сотрудники в комнате воспользовались новым пространством, которое Гейдж расчистил в дверном проеме, и тихо выскользнули, пока не остались только Гейдж, Веда, Джейк и Коко.
Гейдж указал пальцем на Веду, его тень нависла над ней.
Веда споткнулась, ее глаза расширились.
― Вы также можете рассчитывать на рапорт, доктор Вандайк, ― сказал Гейдж. ― Я недвусмысленно проинструктировал Вас встретиться со мной в моем кабинете сегодня утром, чтобы обсудить неприемлемую помощь, которую вы оказали мистеру Нейлеру вчера в ожоговом отделении, и Вы явно проигнорировали мои инструкции.
― У меня было тяжелое утро, ― Веда тихо фыркнула. ― Я забыла.