– Ты собираешься взять ее на работу?
– Нет, – ответил Марк.
Улыбка озарила лицо его жены, и Марк рассмеялся.
– Не слишком-то задавайся. Я отказал ей не из-за тебя. Она талантлива, интеллигентна, остроумна, но довольно неопытна в журналистике. У меня нет места для таких, как она. Боюсь, у нас есть шанс испортить твою великолепную прическу, – Марк откинул покрывало и принялся целовать полную грудь жены.
– Ты думаешь, это меня расстроит? – поинтересовалась Катринка игриво.
Марк улыбнулся и лег рядом. Когда их тела наконец слились, она со стоном выдохнула:
– Я ждала этого целую вечность. Целую вечность я ждала тебя.
ГЛАВА 19
Здание музея Флэглера, крытое красной черепицей, с белым фасадом с колоннами и зубчатыми карнизами, судя по всему, не относилось к какому-то определенному архитектурному стилю или периоду. В справочниках об особняках Палм Бич о нем неопределенно говорилось, что он построен «в европейском стиле», будто европейский континент – это нечто неопределенное, без отличительных особенностей. Внутреннее убранство особняка, насчитывающего пятьдесят восемь комнат, напоминало французский стиль. Все было в высшей степени декоративно: мрамор, позолота, тюль. «Уайтхолл» – таково было первоначальное название особняка – построил на рубеже веков магнат из «Стандарт ойл» Генри Моррисон Флэглер, чьими усилиями возник на болоте сам Палм Бич. «Уайтхолл» представлял собой свадебный подарок его третьей жене. Наконец в 1960 году в особняке открылся музей, сразу ставший местом проведения разнообразных торжественных церемоний, не говоря уже о благотворительных акциях, которые ежегодно проходили в Палм Бич.
В тот вечер в нем проводился бал в пользу Ассоциации прогнозируемой рождаемости, белый фасад музея был ярко освещен, кованые ворота пропускали нескончаемую вереницу длинных белых «кадиллаков», серебристых «роллс-ройсов», «линкольнов» и «мерседесов». Приближалась гроза. Воздух тяжел и влажен, финиковые пальмы грациозно склонялись под порывами ветра, гнавшими по вечернему небу темные тучи. Уже упали первые крупные капли теплого тропического дождя, и у подножия широкой лестницы, ведущей в музей, выстроились лакеи, державшие огромные черные зонтики. Они открывали дверцы машин и сопровождали дам до дверей, чтобы те не испортили свои изысканные прически и дорогие вечерние туалеты.
Встречающая гостей в Мраморном зале Александра наконец нашла повод для расстройства: погода.
– Дождь, – пробормотала она, повернувшись к мужу. – Как назло.
Нил ободряюще улыбнулся.
– В этом есть свои плюсы, – сказал он. – Никто не уедет, пока он не кончится…
– И правда, – оживилась Александра. Гвоздем вечера должен был стать аукцион произведений искусства, выручка от которого предназначалась фонду Ассоциации прогнозирования рождаемости.
– Ты выглядишь божественно, – произнес Алан Платт, который пока еще не обзавелся собственным домом в Палм Бич. Он остановился в «Брейкере» вместе с Сабриной. Вместо того чтобы поприветствовать Александру, та сейчас рассыпалась в любезностях перед царственной Алиной Мэсси, одной из первых дам светского общества Палм Бич.
– Спасибо за комплимент… – Александра сделала вид, что не заметила бестактности Сабрины, и тепло улыбнулась Алану. – Он тем более приятен, что на мне платье не твоей работы.
– Я не ревнивец, – соврал Алан.
– Я жду не дождусь показа твоих моделей, – продолжала Александра. – Носить такую одежду одно наслаждение, – добавила она, намекая, что не прочь кое-что купить у него, хотя Нил и предупредил ее, чтобы в этом году она не тратила слишком много. Однако этот намек наверняка подвигнет Алана на покупку какой-нибудь картины, пусть и не слишком дорогой.
По залам сновали официанты во фраках из компании по обслуживанию званых обедов. Они разносили на серебряных подносах тонко нарезанные бутерброды и высокие хрустальные бокалы с шампанским.
– Как ты думаешь, мне уже пора спасать Алину? – спросила Марго. Она шла вместе с Катринкой через Мраморный зал в музыкальный салон, где были выставлены картины, предназначавшиеся для аукциона, и только на секунду задержалась, чтобы взять бутербродик с проплывающего мимо подноса.
– По-моему, она сама сможет постоять за себя, – сказал Марк и предложил Катринке бокал шампанского, от которого она отказалась. И как бы в подтверждение его слов Алина Мэсси воспользовалась удобным случаем, склонила свою прелестную светловолосую головку в изящном прощании и решительно отвернулась от Сабрины, чтобы приветствовать только что прибывшую пару.