— Шлюпку? — повторил китаец, не отличающийся сообразительностью.
— Да, я собираюсь взорвать боеприпасы, которыми набит трюм. И попробуй только разболтать сейчас это капитану — я проделаю дырку и в твоей голове.
Китаец сделал шаг назад:
— Как же тебя зовут?
— Фрост, — улыбнулся Хэнк. — А тебя?
— Цун. Фред Цун.
— Ладно, Фред, убегай отсюда.
Тот кивнул и заторопился к корме, но через несколько секунд вернулся.
— Если я оставлю тебя одного с ящиком посреди палубы, то капитан точно что-нибудь заподозрит. Давай перетащим его вон под тот брезент.
Капитан согласно кивнул, даже не ожидая такой по мощи, и они быстро перенесли ящик под навес.
— Ты знаешь, что не выберешься живым из этого переплета? — прошептал китаец.
— Очень даже может быть, охрана у нее крутая. Но выбора у меня нет, времени тоже. Не могу упустить такую возможность.
— Ладно, договорились, — заговорщицки продолжал Фред. — Мы с Нонни приготовим шлюпку и кинем в нее еще одну пару весел, чтобы можно было грести втроем.
— Спасибо тебе.
Капитан посмотрел в его прищуренные глаза, похлопал своего неожиданного помощника по плечу, и тот убежал.
Хэнк вышел из-под брезентового навеса, деловой походкой прошагал по палубе и заметил на корме у левого-борта Нонни, к которому торопился китаец. Он спустился по узкому трапу в основной грузовой трюм, где находились боеприпасы, в том числе взрывчатые вещества. В нем еще работали люди. Четкого плана действий у Фроста не было — он хотел просто взорвать к чертовой матери вею эту гору взрывчатки при помощи какого-нибудь импровизированного взрывателя замедленного действия или бикфордова шнура, чтобы успеть до взрыва выскочить на верхнюю палубу, расстрелять Ведьму и крикнуть всем, чтобы спасались кто может.
Он направился к тому месту, где трое человек укладывали в грузовой лифт ящики со взрывчаткой — и обыкновенной, и пластиковой. Наверх ее пока поднимать приказа не было, видно, капитан ждал, пока Чапман проверит груз и заплатит за него.
Он узнал трех моряков, которые утром особенно донимали своими вопросами по поводу его причастия к исчезновению Флейджера.
— Что тебе надо, Гарднер? — враждебно спросил один из них, когда Хэнк подошел к ним.
— Капитан сказал, чтобы вы все срочно поднялись наверх, а мне приказал включить грузовой лифт.
— Что ты несешь? — недоверчиво протянул матрос.
— Поднимайтесь на палубу, говорю в последний раз, — жестко произнес капитан.
— Пошел к черту, урод, — рявкнул тот. Фрост пожал плечами, стал поворачиваться, как будто собираясь уходить, и выхватил сбоку из-за пояса браунинг.
— Быстро убирайтесь из трюма! — крикнул он, красноречиво поводя стволом перед носом у оторопевших на некоторое время матросов. — Я взорву все боеприпасы!
— Ах ты полицейская ищейка! Да мы тебя сейчас…
Капитан не успел отреагировать, он лишь почувствовал резкий удар по руке, пистолет вылетел из ладони и покатился по железному настилу.
На него бросились сразу двое, но они лишь размахивали кулаками, словно в пьяной драке, лишь мешая друг другу. Фрост нырнул в сторону, одновременно свалив одного из них ударом ноги в пах, и схватился со вторым. Тот был пониже, более плотного телосложения и успел нанести несколько ударов Хэнку по ребрам, пока тот не оттолкнулся от переборки и не ударил его коленом в солнечное сплетение. Противник согнулся, и капитан обрушил ему сверху на затылок оба сведенных вместе кулака. Но тут на него налетел и третий матрос, размахивая куском толстой цепи. Хэнк отступил назад и еле успел пригнуться, как цепь просвистела над его головой и с такой силой ударила по металлической переборке, что высекла целый сноп искр.