— Как… как ты выдержал? — прошептала она.
— Потому что я не человек, — ответил он, глядя прямо в её глаза. — И потому что ты не чудовище.
Он провёл рукой по её волосам, сдвигая прядь за ухо. Это движение было таким простым, таким нежным, что Саша не выдержала. Она снова потянулась к нему.
На этот раз поцелуй был мягче. В нём не было ярости, только осторожность и желание. И постепенно страсть поглотила их обоих.
Ночь стала для них первой настоящей близостью. Не как для суккуба и добычи, а как для двух людей, нашедших друг в друге силу и опору.
Саша впервые за многие годы уснула не с ощущением пустоты, а с тёплым телом рядом.
И где-то в глубине души зародилось страшное и прекрасное чувство: надежда.
Глава 10. Утро
Саша резко открыла глаза. В груди стучало сердце, дыхание сбивалось. На секунду ей показалось, что всё, что было ночью — иллюзия, и рядом будет лежать холодное, мёртвое тело. Она в панике нащупала его плечо, грудь, лицо.
Михаил поморщился и чуть приоткрыл глаза:
— Ты чего? — голос хриплый, ещё сонный.
— Ты живой, — выдохнула Саша и почти с облегчением снова уткнулась в него. — Я думала… я думала, что убила тебя.
Он подтянулся, зевнул и лениво обнял её.
— Живой. Хотя, честно говоря, чувствую себя так, будто после трёх смен подряд. Усталый, но довольный жизнью, — он усмехнулся и потрепал её по волосам.
Саша нахмурилась:
— Ты понимаешь, что все до тебя… они не просыпались.
— Понимаю, — спокойно ответил он. — Но, может, утешит тебя то, что засыпали они, судя по твоим словам, с улыбкой на устах.
Она фыркнула, и вдруг они оба засмеялись. Смех сбросил остатки страха, и в комнате стало легче дышать.
Михаил поднялся с кровати, потянулся. На нём были только спортивные штаны, и в полутьме его фигура выглядела ещё более мощной.
— Кофе? — спросил он, направляясь на кухню.
Саша кивнула, пряча улыбку.
В это время дверь хлопнула — вернулась Алина. Она застыла в коридоре, когда увидела Михаила, проходящего мимо в полуголом виде.
— Нифига себе, — выдохнула она, приподнимая брови. — А ты мне говорила, что он просто «сотрудник МВД». А он, оказывается, ещё и бесплатный спортзал прилагается.
Михаил остановился, окинул её взглядом и только усмехнулся, налив себе кофе.
— Доброе утро, — буркнул он.
Алина обернулась к Саше, хитро прищурившись:
— Подруга, если ты его когда-нибудь отпустишь, я первая в очередь.
Саша покраснела, но только закатила глаза.
— Даже не мечтай.
Они все засмеялись, и это было первое утро за долгое время, когда в доме не было ни страха, ни напряжения. Только лёгкость.
Но Саша знала — за стенами квартиры мир уже готовил новые испытания.
Глава 11. Посланники
День только начинался. Алина устроилась на диване с телефоном, Саша пыталась привести себя в порядок, а Михаил, уже одетый, пил второй кофе, листая какие-то бумаги. Всё казалось почти обычным.
И тут раздался стук в дверь. Сильный, настойчивый.
Михаил поднял взгляд.
— Ты ждёшь кого-то? — спросил он у Саши.
Она отрицательно качнула головой.
Стук повторился, теперь громче. Михаил пошёл к двери, осторожно потянул за ручку.
На пороге стояли двое. Мужчина и женщина. На первый взгляд — обычная пара, в дорогих пальто, с холодными улыбками. Но их глаза… Саша сразу почувствовала в них тьму. Густую, липкую.
— Доброе утро, — вежливо произнёс мужчина. — Мы пришли к Александре Воронцовой.
Михаил встал так, чтобы перегородить проход.
— Она занята.
Женщина хмыкнула, скользнув взглядом по его плечам:
— Мы знаем, кто она. И кто ты. Не стоит играть в прятки.
Саша вышла из комнаты, чувствуя, как в груди зашевелилась жажда.
— Чего вы хотите?
— Просто поговорить, — улыбнулся мужчина. — Тёмный круг не забыл о твоём выборе. Мы понимаем, что нейтралитет — звучит красиво. Но свободы не бывает. Рано или поздно тебе придётся стать одной из нас.
Женщина шагнула ближе, её голос стал мягким, почти материнским:
— Зачем тебе мучить себя? С этим волком ты всё равно долго не протянешь. Он будет стареть, слабеть, а ты останешься жаждущей. Рядом с нами ты обретёшь настоящее бессмертие. И никогда больше не будешь одна.
Саша почувствовала, как внутри кольнуло. Слова били в самое уязвимое место.
Михаил сжал кулаки.