Последствия ожога.
Он видел, как двое мужчин открыли заднюю дверцу пикапа, наклонились и что-то оттуда вытащили. Это было нелегко. Длинный сверток, закутанный в ковер, оказался тяжелым. Микки пристально всмотрелся в него. Ковер был выцветший, местами в темных пятнах. Сердце его оборвалось. Он знал, что это такое.
Кровь.
Он также понимал, что может находиться в свертке. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что это чье-то тело.
Он откинулся как можно дальше, изо всех сил стараясь, чтобы они его не заметили. Сердце выбивало импровизацию в стиле ударника из «Мотерхэд», воздуха не хватало. Мужчины отнесли сверток на яхту и спустились с ним под палубу. Микки выдохнул и только тут понял, что все это время сдерживал дыхание.
Он смотрел и ждал. Но больше ничего не происходило.
Он уже взял микрофон рации, чтобы вызвать подмогу, потому что Фил обещал, что, как только на яхте возникнет какое-то движение, он сразу же вышлет туда вооруженный наряд полиции.
Но потом опустил руку. И стал смотреть дальше.
Один из мужчин, водитель без хромоты, снова появился на палубе, потом спустился по трапу и сошел на берег. Он подошел к «ситроену», сел за руль и завел двигатель.
Микки не знал, куда смотреть — то ли на машину, то ли на яхту.
Водитель газанул.
Микки колебался. И анализировал ситуацию. Человек со шрамами держит тело на своей яхте. Но у него нет транспорта. И что бы он там внизу ни делал, скорее всего, никуда он оттуда не денется. Тогда как водитель фургончика явно собирался уезжать, и, возможно, другого шанса задержать его попросту не будет.
Решение было принято. Микки подождал, пока машина повернет за угол и выедет на дорогу, и последовал за ней.
Уже на ходу он взял рацию и связался с диспетчером.
— Преследую подозреваемого. Он едет на черном «Ситроен-Немо», регистрационный номер…
Он расскажет им о том, что произошло на яхте. И вызовет туда вооруженный наряд Фила. Кто бы ни был этот человек за рулем, он теперь его, Микки.
Он улыбнулся и снова переключился на «Радио один».
Взбудораженный возможностью дать выход адреналину.
Глава 79
— Ах, — вздохнул Аспид, — наконец-то мы одни!
Сейчас он был почти счастлив, впервые за долгое время.
Он смотрел на лежавший перед ним сверток. Ковер был раскатан, и его содержимое вывалено на пол трюма. Рани. Она лежала не шевелясь, но находясь в сознании, и оглядывалась по сторонам широко открытыми глазами.
Он подошел и присел рядом.
— Ты уже проснулась, красавица?
От возбуждения у него кружилась голова. Она была здесь. После стольких дней ожидания. Они вместе и наедине. Наконец-то. Сердце стучало в груди гулко и взволнованно, желудок сводило от нетерпения. Ему хотелось упиваться ею всеми органами чувств. Сначала он осмотрел Рани, жадно пожирая глазами все ее тело. Затем закрыл глаза и, склонившись, принялся вдыхать ее запахи: нежный аромат духов, запах пота, все. Здесь не было ничего плохого, все было хорошо. Все это была Рани. Ему хотелось попробовать ее на вкус, прижаться к ее губам своими губами, своим языком. Целовать ее, лизать. Повсюду…
Но времени для этого у него будет достаточно и позже. А пока он получит удовольствие оттого, что будет начинать медленно. Он протянул руку и начал гладить ее волосы. Она не отодвинулась и не отшатнулась, просто лежала неподвижно с широко открытыми глазами и тяжело дышала.
Он засмеялся.
— Ты почти проснулась. Хорошо. — Дыхание его было прерывистым. — Вот так. Лицом к лицу. Спустя столько времени, после стольких лет… — Он наклонился ниже. Теперь его рука гладила уже ее лицо, ее щеку. — У нас… У нас с тобой… Нам с тобой столько нужно наверстать, моя дорогая.
Его рука перестала гладить ее и замерла. Он внимательно рассматривал ее лицо, вглядывался в каждую черточку, в очередной раз впитывал ее всю, стараясь запомнить мельчайшие детали, словно видит ее в последний раз. Он видел перед собой Рани, но не ту, какой она была раньше, а ту, какой стала теперь. Конечно, этого и следовало ожидать; для нее было просто невозможно найти идеальное совпадение. Однако со временем, когда ее дух устроится на новом месте и начнутся изменения изнутри, все переменится. Но уже сейчас он видел сходство и догадывался, что должно получиться впоследствии. Он прикасался к тем местам, которые узнавал в ней. Да, это ее глаза, подумал он, дотрагиваясь до них пальцами, и этот изгиб скулы… и это ее рот, ее губы… такие мягкие… ох, какие же они мягкие…
Он почувствовал, как член его начинает твердеть. И перестал гладить ее. Нет, не сейчас. Это оставим на потом. Сейчас они просто поговорят, они должны снова познакомиться друг с другом. Даже пообниматься, как это и положено делать влюбленным.