Полицмейстер махнул рукой и заявил:
– Теперь уже все равно.
– Я могу вас осмотреть, – предложил Мериме.
– Не нужно, – ответил Армилов, отступая в сторону и освобождая проход. – Входите, господа.
– Мы знаем, как погибли эти люди, – проговорил я, переступая порог.
– Серьезно? – Армилов наконец-то оживился. – Ну так выкладывайте! А то я уж думал в отставку подавать. Боялся, что и эти убийства нераскрытыми останутся. Только давайте пройдем в гостиную.
Он провел нас в просторную, богато обставленную комнату. На стенах висели картины в роскошных багетных рамах, на полу лежали персидские ковры. Мебель была из красного дерева, обивка – из шелка, полированная латунь инкрустировала изгибы и завитушки. Было заметно, что полицмейстер придает большое значение благоустройству и уюту своего холостяцкого гнездышка.
– Прошу вас, – Армилов указал на роскошные кресла-крылатки, расставленные вокруг небольшого круглого столика с отполированной до зеркального блеска столешницей.
Когда мы расселись, полицмейстер запахнул полы халата и поежился – видимо, ему действительно было нехорошо.
– Ну, так что там? – спросил он, глядя на меня.
– Сразу скажу, что на самом деле трупов куда больше.
Я в подробностях выложил ему все, что произошло ночью. Армилов слушал, чуть наклонив голову. Когда я закончил, воцарилась тишина.
Наконец полицмейстер распрямился, глубоко вздохнул и многозначительно проговорил:
– Да! Даже не знаю, что сказать. По правде говоря, все это похоже на бред сумасшедшего. Но вас же было двое, верно? Не думаю, чтобы и вы, и доктор вместе тронулись умом.
– Да, это маловероятно, – сказал я. – Однако все это не имеет ровно никакого значения.
– Как это? – Армилов нахмурился.
– Дело в том, что вы абсолютно правы. Все это действительно полный бред. Мы с господином Мериме стали жертвами ловкой мистификации. С самого начала преступники пытались убедить всех в том, что в Кленовой роще действуют таинственные, демонические силы. Таков был их замысел, и я попался, как мальчишка.
– Да о чем вы, черт побери?! – не выдержал Армилов. – Объясните, к чему клоните!
– С удовольствием, господин полицмейстер, для этого мы и приехали.
Армилов махнул рукой, давая понять, что замолкает и не станет больше перебивать меня.
– Дело в том, что в Петербурге уже не первый месяц идет поиск банды, занимающейся изготовлением фальшивых денег. Наверняка вы об этом слышали, – проговорил я, и полицмейстер кивнул. – Так вот, управление пыталось обнаружить печатный станок в столице, но это дело успехом не увенчалось, и теперь я знаю, почему. Его никогда там и не было. Преступники спрятали станок в Кленовой роще, а если точнее, то в подвале разрушенного дома Вышинских. Там, где стояли гробы, я заметил странные следы, но поначалу не придал им значения, – не говорить же полицмейстеру, как я вообразил, будто их оставили ногти вампиров. – Теперь я понимаю, что это отметины от станка. Каменные плиты поцарапаны и выщерблены.
– Под моим носом?! – заявил Армилов, хватаясь за подлокотники. – Вы уверены в этом, Инсаров?
– Абсолютно. Разрешите продолжить?
– Да-да, разумеется, говорите! – Полицмейстер откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. – Я слушаю вас с предельным вниманием, уверяю. Простите, что перебил.
– Станок в разобранном виде был доставлен в Кленовую рощу Ауницем на телегах с землей. Затем ночью его перевезли в имение Вышинских и спрятали. Полагаю, есть и другой вход в подвал помимо того, который был отрыт вашими людьми по моей просьбе. Станок работал под землей, надежно скрытый от любопытных глаз. Фальшивые деньги злодеи доставляли в Петербург, где их легко было сбыть. Жена Ауница была не в курсе происходящего, а когда случайно узнала, повела себя неосмотрительно и стала нежелательной свидетельницей. Результат – труп.
– Постойте, – опять встрял в мой монолог Армилов. – Станок, конечно, штука громоздкая, но не настолько, чтобы его нужно было перевозить на нескольких телегах. Думаю, хватило бы и пары.
– Полагаю, вместе с ним была доставлена первая партия бумаги, а также краска. В дальнейшем и то, и другое поставляли сообщники, приезжавшие к Ауницам. Я выяснил, что к ним часто наведывались таинственные гости в закрытых экипажах. Они же забирали отпечатанные банкноты для распространения в Петербурге.
– А Киршкневицкие?
– Киршкневицкие состояли в сговоре с Ауницем. Наняли актеров, похожих на семейство Вышинских, чтобы те изображали вампиров. Разумеется, они получали долю с доходов от использования станка и поэтому были лично заинтересованы в том, чтобы выпуск фальшивок продолжался. Ауницу или Киршкневицкому было нетрудно уговорить их расправиться со мной. Раскопки близились к концу, рабочие должны были вот-вот обнаружить место, где находился станок, а Ауниц не хотел, чтобы этот тайник, более чем удобный, был найден. Киршкневицкий, как вам известно, даже пытался купить бывшее поместье Вышинских. Очевидно, чтобы обезопасить его от посягательств местных браконьеров, бродяг и цыган.