– Вы совершенно правы, сударыня. – Я решил не спорить, ибо опасался, что иначе никогда не доберусь до цели своего визита.
Мадам де Тойль вдруг странно поглядела на меня.
– А знаете, я вам не завидую, – сказала она.
– Отчего же?
– Как? Неужели вас не страшит возможность встречи с вампиром? Как вы собираетесь его арестовывать? Представьте, что убийца, которого вы ловите, действительно живой мертвец! Как вы с ним поступите? Его ведь нельзя даже казнить, поскольку, согласно закону, он уже мертв!
– Боюсь, об этом придется думать судьям, – сказал я и улыбнулся. – Мое дело только найти и арестовать.
– Посмотрим, как вам это удастся, – с сомнением покачала головой мадам де Тойль.
– Должен заметить, что не все убитые были лишены жизни способом, подходящим для вампира. Не у всех отсутствовала кровь.
– Пустяки! – Мадам де Тойль пренебрежительно махнула рукой, разом отметая все возражения. – Всему можно найти объяснение, если знать, где искать. Я дала вам подсказку – остальное ваше дело! – Она с довольным видом кивнула.
– Благодарю, сударыня. Мне хотелось бы задать вам еще пару вопросов.
– Прошу вас, господин скептик! – заявила моя собеседница. – Не думайте, что я не поняла вас. Вы не верите в вампиров и поддакиваете мне только из вежливости. Но вот увидите – я окажусь права!
– Надеюсь, что нет.
Мадам де Тойль усмехнулась.
– Ну и что там у вас еще за вопросы?
Наконец-то мы добрались до сути дела.
– Мария Журавкина работала у вас горничной?
– Совершенно верно.
– Как долго?
– Около полутора лет.
– Вы ей доверяли?
Мадам де Тойль пожала плечами.
– Смотря в чем.
– Как это понимать?
– В отношении ее прямых обязанностей – безоговорочно. Не помню, чтобы прежде у меня служила столь же толковая и расторопная горничная. Что же касается дел, как бы это сказать, частных, то я не стала бы с ней делиться. Впрочем, я уже не в том возрасте, когда выбирают себе наперсниц, тем более из прислуги.
– Ясно. А как вы охарактеризовали бы ее характер?
Прежде чем ответить, мадам де Тойль на несколько секунд задумалась.
– Мне всегда казалось, что она склонна к авантюрам, – сказала она наконец. – Не знаю, почему. И еще у нее была добрая, отзывчивая душа. С дурными людьми она не водилась.
– А с кем водилась?
Мадам де Тойль развела руками.
– Не имею представления, господин Инсаров. Меня это не интересовало.
– Но вы же знали, что с дурными…
– Дурные люди видны сразу, – перебила меня мадам де Тойль. – Они бросаются в глаза, даже если не желаешь их замечать. А приличные держатся скромно, в стороне. – Она покачала головой. – Нет, я не знаю, с кем дружила моя горничная. Спросите об этом прислугу.
– Если позволите, я бы задал несколько вопросов вашим домочадцам.
– Да ради бога! Пригласить их сюда?
– Если это удобно.
– Мы не консерваторы, господин Инсаров, чтобы не пускать прислугу дальше кухни. – Мадам де Тойль позвонила в серебряный колокольчик. – Я стараюсь следить за прогрессивными веяниями. Выписываю журналы. Видите, они лежат вон там?
Явился дворецкий, и мадам де Тойль велела ему позвать всю прислугу.
Когда он вышел, я спросил:
– Скажите, сударыня, а лесник Бродков служит у вас садовником?
– Совершенно верно. Хотите, чтоб его тоже нашли?
– Нет, это совершенно ни к чему. Я с ним уже разговаривал и знаю, где он живет. Почему вы взяли его на работу?
– Мне нужен был садовник. Прежний скончался от пьянства. К сожалению, с простолюдинами это случается.
– У вас большой сад, мадам. Я видел его, когда подъезжал к дому.
– Да, его разбил еще мой покойный муж. Он очень дорожил им, поэтому мне не хочется оставлять его без присмотра. Запустение очень быстро проникает в большие усадьбы.
– Вы совершенно правы, мадам. Скажите, а Бродков справляется со своими обязанностями? Он ведь работает у вас один?
– До сих пор я была им довольна. В должности лесника у него не слишком много обязанностей.
– Благодарю, сударыня, – сказал я, поворачиваясь на звук шагов.
Через несколько секунд в комнату вошли две девушки, одна высокая и худощавая, другая – полная и круглолицая.