«ДОЖДЕВАЯ ВОДА ЗАРАЗНА!!! Власти открывают точки раздачи чистой воды из водоразборных колонок».
«Городские службы не в состоянии своевременно утилизировать тела погибших. Власти обращаются к гражданам с просьбой самостоятельно доставлять мертвых родственников для погребения. Список адресов братских могил: …».
Газетные печатные станки остановились, когда некому стало их обслуживать. Еще какое-то время обновлялись новостные сводки в интернете, но потом не стало и интернета. Отключилась мобильная связь. Дольше всего проработала стационарная телефонная сеть. Должно быть это связано с эвакуацие руководства страны. Никто не знал куда их вывезли, да и этого уже никого не интересовало.
Первая запись появилась в дневнике восьмого июня. Кобальт не знал выживут ли они с Юлей, поэтому решил фиксировать на бумаге все происходящее. Возможно его записи помогут потомкам понять, что на самом деле пережили люди в это страшный период истории.
«Несколько дней молчат Евстафьевы за стеной. Сегодня появился неприятный запах. Юльку тошнит. Взломал дверь, нашел тела. В квартире полно пустых бутылок. Раньше воду им приносил сын. Наверное, он погиб, и старики остались одни. Виктор Иванович прошел афган, гордому офицеру не хватило духа попросить соседей о помощи. Чувствую облегчение, мне не пришлось отказывать ему глядя в глаза, потому что у нас с Юлькой запасов всего на три дня осталось. Завтра иду к колонке пораньше, может повезет. Евстафьевых похоронил во дворе дома у детской площадки. Это восьмая могила за неделю».
09 июня.
«Подрался с мужиком, пытавшимся пролезть к колонке без очереди. Вмешалась полиция. Обронил полную бутылку с водой, ее тут же стащили. Одному ходить к колонке опасно, по дороге назад могут избить и даже убить. В следующий раз возьму пистолет Евстафьева».
11 июня.
«Юлька просилась пойти со мной утром. Не разрешил. Ей скучно одной дома. Слышал, что на Таганке дают бесплатные спектакли с целью подбодрить людей в трудное время. Сходили вечером. Очень понравилось, хотя на актеров было жалко смотреть».
12 июня.
«Уже месяц нет связи с внешним миром. Где власти? Что происходит? Больше Невидимой чумы людей пугает неизвестность. Слухи лучше не слушать, в толпе говорят такое, что голова кругом».
15 июня.
«Колонка на Марьинской иссохла. Теперь хожу за восемь километров к другой. Сегодня простоял восемь часов в очереди. К концу дня сняли полицейский кордон. Судя по всему, последние дни парни дежурили по своей инициативе. Их можно понять. У колонки началась паника, люди словно озверели. Лезли вперед, дрались, кто-то открыл стрельбу, были убитые, но и это никого не остановило. Остался без воды».
19 июня.
«Трупы лежат на жаре прямо на улице, их никто не убирает. Удивительно как быстро к этому привыкаешь. За месяц жизнь кардинально изменилась, мы словно провалились в прошлое на тысячу лет. Теперь кажется той, другой жизни и не было никогда. В городе больше нет ни полиции, ни скорой помощи, ни пожарных. Создается впечатление, что осталось не больше пяти процентов населения. Те, кто успел – уехали. Говорят, на выезде заторы из брошенных машин, разгребать их некому. Сегодня услышал в очереди слух, что в городе заметили каких-то странных крыс-переростков, которые поедают мертвых. Похоже на обычную страшилку».
21 июня.
«Уже никто не сомневается, что зараза растворена в воде. Поговаривают, что была утечка смертельного вируса из американской секретной лаборатории. Или китайской. Или французской. Если это так, то почему заражена дождевая вода? Что это за вирус, который способен испаряться вместе с водой? Теперь становится понятно, как он так быстро распространился по всему свету. Круговорот воды в природе. Заражены все океаны, озера и реки мира. Чистая вода осталась только под землей. Надолго ли?»
23 июня (запись сделана 10 июля).
«Утром у Юльки поднялась температура, начался сильный кашель. В ближайшей аптеке не нашел жаропонижающих – все растащили. Пол дня искал по районам, нашел на Бауманке. По рации со мной связался родной брат Сергей (он раньше работал авиадиспетчером), и сообщил, что из Краснодара в Шереметьево прибывает грузовой борт. Он загрузится каким-то оборудованием и полетит назад. Сергей как-то договорился, что его с семьей возьмут на борт, он предложил мне и Юльке лететь с ними. По его словам, на Кавказе осталось множество ледников с чистой водой. Нужно было срочно добраться в аэропорт. Семья брата проживала на Профсоюзной, я был совсем недалеко от них, а Сергей наоборот на тот момент был ближе к Марьино у одной из колонок. Я предложил забрать его жену Лену и сына Витьку, а он заберет Юльку. Мы договорились встретится через час у Белорусского вокзала, откуда пешком по рельсам все вместе отправимся в Шереметьево…».