Света постоянно напоминала мне наши развлечения, когда мы еще работали в кофейне и не знали трудностей. Мне казалось, что прошло уже с десяток лет с последней вечеринки, которую мы посетили на мой прошлый день рождения, но я отсчитала двенадцать месяцев и это было не так давно. Всего лишь год, но сколько он принес в наши жизни! Реальность словно была не настоящей.
Словом, отдохнули мы на славу. Находится с хорошим человеком с утра до самого вечера — прекрасно. Свете удалось убедить меня, что мы двигаемся. Маленькими шагами, не спеша, и все же двигаемся, а это значило, что некоторые вещи имеют свойство налаживаться. Я была благодарна этим людям за их понимание, потому что в течение следующего года они все будут видеть меня разбитой, угнетенной и замкнутой. За все это время никто из них не скажет мне прекратить плакать, убегать от воспоминаний и снова плакать. Я все также не буду трогать вещи Дениса, которые его мама дала мне в тот день. Не открою конверты Неймара. Я уберу эти вещи на полку с замком, чтобы они не попадались мне на глаза и прикоснусь к ним только тогда, когда сделаю из себя нового человека.
Мой двадцать первый день рождения прошел не так весело, как прошлый, но радовал тем, что теперь у меня была мама. Из Италии прилетели дедушка с тетей, родители Дениса вместе с старшим сыном и дочерью, Арсений со своими женой и детьми. И мой дом, который еще в марте был местом, где убили несколько человек, больше не был местом, в котором витала смерть. Мы наслаждались вкусной едой, приготовленной женщинами, радовались тому, что я подарила нашей семье прекрасного мальчика, удивлявший всех своим спокойным нравом.
Мы не говорили о жизни в конкретный момент. Мы говорили о ней в целом. Говорили о будущем, обнимались и гордились друг другом, ведь несмотря ни на что, мы нашли в себе силы сесть за один стол и стать одной большой семьей. Да, единственным кровным родственником для меня была мама, но, как я и считала раньше, не это делало нас ближе. Папе я была благодарна за то, что не оставил меня в одиночестве. Дедушке с бабушкой — за их помощь в моем воспитании. Свете с Пашей — за их крепкую дружбу и поддержку. Жене с Наташей — за Дениса. Денису — за крепкую любовь и прекрасного сына.
Именно так я думала о каждом, пока сидела в самом центре стола, мысленно произнося благодарность за их данность для меня. Вероятно, я могла бы написать это на чистом листе бумаги и сохранить его до тех времен, когда почувствую, что жизнь снова трещит по швам. Моя эмоциональная нестабильность каждый день напоминала о себе, и я редко могла контролировать свои порывы. Однако скрывать правду я не собиралась.
После того дня мы начали жить. Знаете, будто все ждали определенный момент, своего рода толчок, который помог бы нам всем задвигаться. Это ощущалось, когда папа разложил нас всех в своем доме, заставив, тем самым, остаться еще на несколько дней. Находиться в большом в доме с большим количеством людей было довольно весело и приятно.
Я заняла свою комнату и из каких-то соображений — я не совсем понимала, почему так поступаю — сказала Андрею оставаться с нами. Я твердила себе, что нельзя привязываться к человеку, у которого была своя судьба. Где-то в глубине души я понимала — мне стоит уехать из его квартиры, стоит поговорить с ним о будущем. Но тогда мне просто хотелось, чтобы мы легли все вместе в одну кровать и побыли втроем.
— Я лягу на полу, — сказал Андрей, доставая из моего шкафа надувной матрас.
— Не стоит. У меня большая кровать.
Наверное, по моему взгляду было видно, что я боролась с непонятными чувствами. Андрей не стал противиться и когда улегся напротив меня, погладив Сашку по его светлым волосам, я ощутила спокойствие.
— Спасибо за этот день. Я не думала, что мы с тобой когда-нибудь будем такими замечательными друзьями.
Андрей и меня погладил по волосам. Его руки были такими мягкими и одновременно сильными, что от избытка приятных ощущения, я закрыла глаза и тяжело выдохнула. На секунду я представила, что на его месте сейчас лежит Денис, но отмела это представление. Быстро и слишком резко.
— Мне нравится быть с тобой, Ева. Ты меня понимаешь, как никто другой, а Сашка... Он как надежда. Маленькая, но чертовски сильная надежда.
— Да, — согласилась я, — надежда. Давай сядем на подоконник, я хочу поговорить с тобой.