— Мне очень жаль, — сказала подруга, на что я отрицательно покачала головой.
— Никогда! Я не собиралась его винить. Ему двадцать восемь лет, у него нет жены и ребенка. Спать может с любой попавшейся девушкой.
— Ой, никогда не слышал от тебя столько...– начала Паша. Я закатила глаза.
— Как я по-твоему забеременела? Люди занимаются сексом прежде, чем у них появляются дети, не так ли?
— Дело в том, что ты всегда была такой милашкой и не употребляла слов вроде этих.
— Это глупо, — ответила я, закатив глаза. — Я называю вещи своими именами. Просто раньше до такого мы с вами не доходили.
— Да, похоже, наша маленькая Ева стала совсем взрослой, — заметила Света.
Я сглотнула нахлынувший комок в горле. Сердце забилось с новой силой, перед глазами отчетливо стоял образ целующегося Андрей.
Ты привязалась к нему, девочка. Прекрати терзать себя страданиями, которые не являются истиной в сердце.
— Мне жаль потому, что я видела — между вами что-то есть.
— Ничего нет! — закричала я. — Ничего! Почему вы так думаете? Я была привязана к нему только из-за работы. Он был моей охраной, вот, что связывало нас на самом деле. А потом, когда все это случилось, Андрей был единственным человеком, которому я доверяла. Я не злюсь на него из-за поцелуя. Я вообще не злюсь.
— Год назад я уже предлагала тебе перепихнуться со своим горячим телохранителем...
— Что ты такое говоришь, Света? — удивилась я и уставилась на подругу. Она пожала плечами.
— Предлагаю и сейчас.
Проблема в том, что я поняла ее сразу. Она действительно предлагала мне переспать с Андреем, чтобы... Что? Чтобы мне стало легче? Я посмотрела на своих друзей и внезапно меня посетило одно осознание.
Они не понимали, что я любила Дениса и родила от него ребенка. Они не видели нас вместе, не видели нашей любви, наших отношений. Иногда у меня складывается ощущение, что я и сама не присутствовала рядом со своим любимым. Но я одергивала себя тем фактом, что у нас с ним было очень мало времени. Так или иначе, Света с Пашей не понимают и никогда не смогут понять, что же я чувствую на самом деле.
Им казалось, что я пережила. Раз уж Дениса больше нет, то и переживать нечего, его уже не вернешь. Все кончилось, нужно жить. Да, с последним я согласна, но моя любовь по-прежнему жива, и я чувствую ее в своем сердце каждую минуту. Саша — наш сын — единственное доказательство того, что существует между нами до сих. Я смотрю на него и не могу не видеть Дениса.
— Я лучше пойду, — сказала я, хватая свой рюкзак. На улице уже была глубокая ночь, но я не собиралась оставаться здесь. Мне нужна была тишина.
— Нет, милая, ты неправильно меня поняла. Подожди...
Я должна быть аккуратнее и с чувствами, и с людьми. Особенно, когда два эти слова стоял в одном предложении.
— Прости, я должна.
30
шесть лет спустя
наши дни
— У Андрея появилась девушка, — сказала мне однажды мама.
Мы с Сашей приехали погостить к моим родителям на неделю, захватив в это время Новый год. Я замерла, услышав его имя и не сразу посмотрела на маму, чтобы не вызвать у нее лишних предположений. С тех пор, как я застукала Андрея с той девушкой, мы общались очень редко и пересекались с ним лишь изредка. Он окончательно влился в свою работу, а я записалась на курсы и много времени проводила либо с сыном, либо за учебой. Не знаю, возможно, мы избегали друг друга. Во всяком случае, не говорили об этом.
— Правда? И кто же она? — спросила я, передавая Сашке другую игрушку. Он уже начинал потихоньку садиться, что не могло не радовать. Малыш рос намного быстрее, чем мне хотелось бы.
— Ее зовут Маргарита. Она управляющая в какой-то фирме, не помню, — она отмахнулась, словно ей действительно было все равно, лишь бы вида не подавать. В такие моменты я подмечала, что с мамой мы во многом похожи. Не хотим принимать очевидного. — Мне она не нравится. Больно искусственная.
— В каком смысле? — засмеялась я. Сашка весело вскрикнул и стал энергично размахивать ручками. Я скорчила ему смешное личико, и он тотчас потянулся ко мне.
— У нее грудь не своя, и губы, и волосы. Я спросила у Андрея имеет ли он хоть малейшее понятие, что завел отношения с куклой, на что он просто улыбнулся.
— Ну, он сделал свой выбор. Не нам его судить.
Она демонстративно закатила глаза, поставив на стол банку с соленьями. Мама приготовила много вкусных блюд и дополняла его закусками, правда, я не понимала, почему приборов больше.