За время, что прошло после происшествия, я полностью зациклилась на ребенке. Теперь мой мир замкнулся, и я сосредоточилась над крошечным комочком счастья, которое напоминало мне о жизни каждое утро. Я забыла обо всем и просто жила ради него. Мысли о побеге ушли, да и бежать с животом было слишком опасно.
— Как ты себя чувствуешь, Ева? — интересовался Дюран. Я медленно дожевала мясо и посмотрела на него. Все обратили на меня внимание.
— Неплохо.
— Я заметил, ты стала часто выходить на улицу, — он улыбнулся и отпил сока из глубоко бокала.
— Да, на улице сейчас очень свежо. Мне всегда нравилось гулять в это время года.
Я старалась отвечать, как обычно, чтобы не привлекать внимания. Неймар возле меня напрягся, меня это насторожило. Мы вдвоем хранили важную тайну и подвергали себя опасности.
Проследив за тем, как Дюран снова начал есть, я опустила голову и незаметно погладила себя по животу. Когда мы ели, я садилась слева от Неймара, потому что он своим мощным телом закрывал меня от посторонних глаз. Так никто не мог заметить мою «полноту». Правда, сегодня мы устроились в гостиной и стол был буквально огромных размеров, что никак не обеспечивало мне спокойной обстановки. Расстояние между мной и Неймаром было катастрофически велико.
— Мне казалось, Неймар прикупил тебе одежды, — заметил Клим, пристально глянув на меня. — Почему ты в ней не ходишь?
— Я прогадал с размером, — вступился мой «друг», надев на себя маску безразличия. Таким он был со всеми, кроме меня.
Из открытой двери повеяло прохладой. Я ощущала себя маленькой беззащитной девочкой в компании мужчин, и даже присутствие Марии никак не смягчало сего обстоятельства. Дюран никак не стал подмечать резкого вопроса Клима и принялся рассказывать о своей очередной сделке, которая прошла пару дней назад. Противно было слышать, что они провернули довольно крупную махинацию и скупили большое количество оружия и наркотиков. В его тоне сквозила непринужденность, словно, все, что происходило, было сущим пустяком.
Внезапно, к горлу подкатил тяжелый и неприятный комок. Я напряглась всем телом, когда поняла, что еда готовилась вот-вот покинуть мой желудок. Резко встав из стола, приковав к себе ненужные взгляды, я извинилась и вышла гостиной, направившись прямиком на кухню.
— Ты в порядке? — прошептала Мария. Я уперлась руками об края стойки и наклонилась над раковиной, прикрыв глаза. Бежать до туалета слишком далеко, так что это единственное место, где я могла бы спасти себя.
Женщина принялась тереть мою поясницу, которая так же неожиданно стала ныть.
— Дыши, — говорила она. — Глубокий вдох и выдох, милая. Давай же.
Я послушалась и начала дышать. Представляя своего маленького малыша, отчего-то постоянно появляющегося в образе мальчика, я будто бы качала его на своих руках и нежно целовала в пухлые щеки. Это было красиво и приятно. Это дарило надежду. Это вызывало во мне совершенно другую форму любви и связало невидимой нитью, которую способна была почувствовать только я.
Постепенно меня начало отпускать. Я открыла глаза и выпрямилась, обхватив Марию за шею.
— Я испугалась.
— Тошнило? — я кивнула и теснее прижалась к ней. — Такое случается, не переживай. Тебе нужно вернуться сейчас же.
Неймар встретил меня с тревогой в глазах, что полностью сбивало с толку.
— Что это было? — резко спросил Дюран. Я схватилась за конец футболки и аккуратно потянула ее вниз.
— Я...мне стало дурно. Прошу прощения, — я уже начала садиться, когда он остановил меня и попросил выпрямиться.
Я помню, как в тот момент мое сердце безжалостно грохотало в груди. Внутренний голос уже вовсю кричал мне — он знает, он точно обо всем знает! Слезы грозились пролиться, но я сдерживалась настолько, насколько могла.
— Ты выглядишь другой, — сказал он, вставая со своего места.
— Просто похудела.
Увидев, что мужчина идет ко мне, я сделала несколько шагов назад, отчетливо ощущая его вспыхивающую злость. Понятия не имею, что крутилось в его голове, но за те короткие мгновения он тысячу раз взглянул то на мое лицо, то на живот.
Позади меня оказался один из парней. Он жестко схватил меня за локоть и сжал его так сильно, что я вскрикнула. Никогда не смогу забыть тот момент. Понимаете, я воспринимала свою беременность как нечто настолько сокровенное, что боялась иногда даже своего прикосновения к животу. Этот малыш внутри меня стал одной больной тайной, и я хотела скрывать это до самого конца, мало сознавая, как собиралась это провернуть.