— Дюран уезжает на Новый год к своей семье, – неожиданно сказал Неймар, усаживаясь на пол возле моей кровати.
— Я должна радоваться?
— Отчасти. Мне нравится этот праздник, а тебе?
Я потерла лицо и грузно выдохнула.
— Не знаю, Неймар. Сейчас я ничему не радуюсь.
— Тебе нужно быть чуть положительнее. Ребенок чувствует твои перемены.
— Ты этого не знаешь…
— Знаю. Просто поверь мне. Я хочу, чтобы ты мне верила. Разве не об этом тебе говорил Матвей?
— Возможно…Но могу ли я это сделать?
Неймар сосредоточено посмотрел на меня.
— Это твое право, Ева, ты должна заботиться о маленьком человечке, хорошо? – я кивнула. — Этот Новый год мы проведем вместе. И он не будет плохим, в этом я уверен.
***
шесть лет спустя
наши дни
Оставалось пять дней до Нового года. Парни постепенно уезжали к своим семьям, если у них вообще были семьи, и дом начал становиться пустым. Тридцатого декабря я сидела на кухне и ела оставленный Марией медовый торт, который она специально приготовила для меня и моего малыша. Я качала ногами, и смотрела на улицу, где возле высоких ворот Неймар провожал последнего человека. Когда они закрылись, я засунула еще одну ложку в рот и медленно прожевала, дожидаясь прихода своего «друга».
По тому, как сильно порой шел снег, я выяснила, что мы жили близко к горам. С одной стороны нас окружал густой лес, покрытый сугробами. Далеко от самого города, далеко от ближайшего населенного пункта, далеко даже от первой заправки. В какой-то день мне подумалось, что я узнала это место, но походив вдоль участка, пытаясь высмотреть отдаленные виды, я огорченная вернулась в дом. Пришлось признать – я не знала, где находилась.
Неймар вернулся в дом, отряхнул верхнюю одежды от снега и бросил куртку на спинку кресла. Кусок его торта уже лежал на тарелке, так что он присоединился ко мне, и мы молча сидели, наслаждаясь приятной сладостью.
— Мы вернемся в ночь на второе января, – заговорил Неймар, не глядя на меня. Я нахмурилась. — Уезжаем через час. Не бери ничего, кроме витаминов. Я купил тебе немного одежды, она уже лежит в машине.
— Куда ты хочешь поехать?
— Пока я не могу тебе об этом сказать.
— Мы не можем уехать, Неймар. Здесь повсюду камеры и к нам каждый день должен кто-нибудь заезжать, чтобы проверить.
Неймар усмехнулся. Я никогда не спрашивала о том, что он собирался делать, соответственно, в глубине души доверяла ему. В той или иной степени.
— Предоставь это мне…
— Ты собираешься отпустить меня?
От этих мыслей я вся встрепенулась.
— Нет, Ева. Это не то, что ты думаешь. Мы едем праздновать Новый год к…Господи, не задавай много вопросов.
Тогда я часто задумывалась о том, что совсем скоро вернусь домой. Любой наш разговор проходился через мою кожу электрическим разрядом. Я готова была сорваться с места сразу же, как только Неймар скажет мне бежать. Но этот день не наступал еще очень долго и все это время я просто ждала.
Неймару каким-то образом удалось полностью перепрограммировать камеры в доме, так что они просто перестали работать. Отключились. Мы специально отдельно походили по всему дому, создали иллюзию того, что происходило во все остальные дни, чтобы сохранить хотя бы одну запись, доказывающую наше присутствие. Неймар сделал этот спокойно, без всяких лишних нервов, что значительно повысило мой страх. Я даже просила его остаться дома и не нарушать правил, потому что боялась за ребенка. Боялась, что по возвращению Дюран все выяснит и сможет причинить нам боль. Мой «друг» все предусмотрел и практически силком усадил меня в машину.
Не было никаких наручников и пистолетов. Неймар включил веселую новогоднюю музыку, много улыбался и заставлял меня разговаривать с ним. Поначалу это было тяжело, мне совсем не хотелось открывать перед ним свою душу, но поскольку другой компании у нас с ним не было, мы делились некоторыми сокровенными историями, которые любили всем сердцем. Все было далеким и недосягаемым, однако атмосфера мало-мальски преподнесла нам обоим некое умиротворение. Город готовился к празднеству, мы буквально погрузились в витающее над головами чудо, ожидаемое от первой январской ночи.
— Так, куда ты меня везешь? – мой интерес становился сильнее. Мы приехали на Красную Поляну. Дорогущий поселок, окруженный высокими и величественными горами с их отрогами и хребтами.
— Здесь живут мои родители, – наконец признался он, мельком посмотрев на мое выражение лица. Я удивилась не тому, что у него были родителя – как же без них? – а тому факту, что он, в принципе, решил привезти меня к ним.