— То есть в любого из этого дома?
— Определенно. Я постараюсь сбить их с толку до того, как они узнают о твоем исчезновении.
20
После обеда я вызвалась помочь Марии, чтобы занять время. Она с неохотой согласилась, но уже через десять минут обо всем забыла и принялась рассказывать разные истории о своих детях. Мне нравилось слушать ее голос, он был спокойным и ласковым, а сами истории — интересными и даже полезными. Эта женщина всегда улыбалась и смеялась, бывало расплачется от счастья быть мамой и принималась желать мне всех самых добрых благ.
— У меня есть подруга, она должна родить в следующем месяце. Может быть, уже родила. Я не знаю, — добавила я, раскладывая сухую посуду на полки.
— У ваших малышей будет не такая большая разница. Твой должен появиться на свет...в июне?
— В середине июня, возможно, — я улыбнулась, позволив приятным мыслям одолеть меня.
— Я не сразу стала мамой, — заметила Мария.
— В каком смысле?
— Мой первый ребенок никогда ни в чем не нуждался. Я любила его, ухаживала за ним, берегла. Но мне тяжело было привыкнуть к новой жизни, не получалось восстановить прошлую гармонию внутри. Я родила желанного ребенка от любимого мужчины, не было смысла страдать. Просто иногда в голове у женщины словно что-то щелкает и это не дает в полной мере прочувствовать момент становления нового.
Она задумчиво посмотрела на меня.
— Не стоит бояться нового. Нужно принять эту замечательную маленькую жизнь, расцеловать его или ее в сладкие щеки и наслаждаться, пока ребенок еще совсем крохотный. Они слишком быстро вырастают, так что лучше всего отбросить тревожные мысли и быть в моменте.
И в моей голове снова вспыхнуло будущее, подкрадывающееся все ближе и ближе. Сквозь грусть проглядывала радость, пробирались лучи желанной свободы и любви. Я хотела поскорее оказаться наедине с малышом, но прямо сейчас мне нужно, чтобы он находился в безопасности.
— Важнее всего, — протянула Мария, — чтобы твой муж или молодой человек был рядом и во всем тебе помогал. Ребенку обязательно нужен отец. Я имею в виду, что мы — женщины — носим его в своем теле целых девять месяцев и строим своего рода связь, которая тянется всю жизнь. А отец...он вообще-то в первые годы взросления ребенка понятия не имеет, что происходит. Со временем он станет для него всем. Он будет тем, кто покажет правильную дорогу, поддержит, если станет слишком тяжело или больно.
— Я понимаю, о чем вы говорите, — вымолвила я, но мое настроение тотчас улетучилось. В первую очередь, чтобы парень помогал тебе с ребенком, он просто должен быть. Денис очень далеко от меня, и я не знаю, будет ли он рядом через несколько дней.
Мы вновь обошли стороной определенную часть моего пребывания в доме. Было видно, что ей хотелось спросить имеется ли у меня таковой спутник жизни, но она вовремя прикусила язык и решительно замолчала. Я расправила с посудой и извинившись, прошла в гостиную.
Яркие солнечные лучи, освещавшие просторное белое помещение, остановило меня на секунду, заставив посмотреть в окно. Я изрядно утратила в себе способность видеть красивое в мелочах, уступив место огромному количеству боли и страха. Словно эти чувства запретили мне быть счастливой и радостной каждый день. Я обошла диван и уселась на него, подогнув ноги. Закрыв глаза, я выдохнула массивный груз мыслей и откинулась на спинку дивана, медленно поглаживая живот. После его рождения у меня, очевидно, останется привычка прикасаться к нему каждую секунду.
Неймар просил меня осознать, что завтра я убегаю. Все попытки тщетно провалились и вместе того, чтобы всерьез подумать об этом, я начинала дрожать и чуть ли не плакала. Я должна была стать смелой и еще более сильной. У меня открылся шанс обрести свободу, он гарантирует мне спасение и возможность попасть в родной дом к людям, к которым я испытываю настоящую безоговорочную любовь. Их очень мало, но сила этой любви буквально наполняет мое сердце блаженным чувством.
— Ты меня напугала, — произнес голос позади. Я спешно открыла глаза и заметила возникшую передо мной фигуру Клима. Джинсовая куртка свободно висела на его плечах, из кармана брюк торчала пачка сигарет. На губах играла странная ухмылка.
— Я просто отдыхаю.
Он присел рядом со мной и широко расставил ноги, уставившись на меня, словно я была самым интересным человеком на данный момент. Я недолго удерживала его взгляд.