— В жизни так много плохих концов, Ева. Существует столько примеров, когда пути мужчины и женщины расходится и та любовь, что возродилась между ними, распалась на миллионы кусочком. И они никогда вновь не соединятся воедино. А если они были предназначены друг для друга?
— Откуда у тебя столько мыслей, Денис? — я поцеловала его в губы и прильнула еще ближе.
— У меня всегда слишком много мыслей, вопросов и тем для размышления.
— Тебе не тяжело держать их в своей изумительной голове?
Денис засмеялся и пощекотал меня по животу. Я выгнула к нему навстречу, и мы тотчас встретились в сладком и долгом поцелуе, напрочь позабыв о разговоре. На мгновение время застыло и оставило нас наедине, позволяя соединиться двум потерянным душам, обрести долгожданный покой. Несмотря на то, что мы были молоды и вся жизнь была впереди, мы отдавались этим коротким минутам полностью и впитывали каждое прикосновение и чувство, запечатлевая его в самых укромных уголках нашей души.
— Обещай мне…– начал он, но я его перебила.
— Если только ты пообещаешь!
— Договорились. Обещай мне целую жизнь в любви, милая. В жизни действительно слишком много плохих концов. Я пронесу свою любовь к тебе через множество десятилетий, но уверен, что даже этого времени не хватит, чтобы рассказать о ней. У нас должен быть хороший конец, Ева. Мы заслуживаем этого. Заслуживаем счастья.
— Я обещаю прожить целую жизнь в любви к тебе, Денис.
— Но, послушай, если между нами что-то пойдет не так и я окажусь за пределами досягаемости, обещай мне найти свет. Свет, который подарит тебе счастье, потому что ты заслуживаешь его и не важно, что творится в твоей душе или вокруг тебя.
— Я хочу быть с тобой. Мы любим друг друга, поэтому вряд ли что-то может разлучить нас, не так ли?
Мы посмотрели друг на друга. Денис казался таким до жути счастливым, что я никак не могла отделаться от ощущения, словно сердце вот-вот разорвется от полноты.
— Конечно. Никто не сможет разлучить нас, моя любовь.
***
В отражении я видела какого-то другого человека.
Та девушка совершенно не была похожа на меня, и я знала, что больше никогда ее не увижу. Она навсегда ушла вместе с Денисом.
Лучше не читать фантастические книжки, где главный герой имеет способность воскрешать близких людей и жить потом долго и счастливо. Это чревато тем, что человек с легкостью может ввести себя в заблуждение и поверить в бессмертие, которого на самом деле никогда не существовало. Но, наверное, так поступают только помешанные, и в действительности каждый человек прекрасно понимает, что в жизни нет ничего более страшнее смерти.
Людям вообще никогда не стоит встречаться с глазу на глаз с этим ужасом. Совершенно не важно кем был этот человек. Любая утрата как самая настоящая черная дыра, высасывающая из тебя все хорошее и счастливое. Не помогут даже безудержные рыдания, падения, удары в стену и разговоры с психотерапевтами. Даже время, бежавшее сквозь боль, не может вернуть тебя в прежнее состояние.
Сидишь и думаешь о вашем будущем. Представляешь, что вы оба, держась за руки, преодолеваете все сложности жизненного пути, становитесь счастливее, опытнее и мудрее. Женитесь, переезжаете, покупаете дом своей мечты и рожаете ребенка. Сына, полагаю, а потом воспитываете до восемнадцати лет и с чистой совестью отпускаете его в необъятные просторы нашего мира в надежде, что он сможет найти собственную дорогу. Ты представляешь себе идеальный мир, пробуешь на вкус необычные моменты и вдруг летишь в пропасть, потому что ничего идеального не существует. Наши фантазии — это обрывки прошлой жизни, не имеющие ничего общего ни с мечтами, ни с реальностью. В любом случае, ты создаешь абсолютное уродство, или же оно само приходит в твою душу, забирая остатки всякой радости.
— Уродство, — сказала я в пустоту и вновь посмотрела на себя в зеркале.
— Саша, — с трудом проговорил Денис, закрывая глаза и кашляя кровью.
— Пожалуйста, смотри на меня, милый.
Денис пытается совладать с той болью, что пронизывает каждую клеточку его тела. Он тянет свою слабую руку к моему животу и накрывает его, издавая стоны, которые буквально разрывают меня на части.
— Там мальчик. Твой сын. Слышишь меня? Денис, там твой сыночек.
Я крепко держу его руку и сжимаю пальцы, потому что где-то в глубине души знаю, что еще немного и он навсегда закроет глаза. Однако надежда — те ничтожные остатки — все еще теплились в моей душе и мое горячее сердце помогало им зажигаться снова и снова.
— Там Саша, — повторил Денис и посмотрел на меня. И этот взгляд был настолько сильным, что я окончательно расплакалась, и прижалась губами к его сухим, почти безжизненным губам. Я чувствовала его кровь — этот отвратительный привкус железа — но целовала так, словно могла забрать всю таившуюся внутри него боль. Могла оживить его тело, избавить от пули в животе.