Прощалась я последней. Люди освободили помещение и рядом остался только Андрей. Он стоял возле двери и совсем не смотрел на нас, но я знала, что ему придется услышать все, что я собиралась сказать Денису.
Когда я взглянула на него, у меня возникло ощущение, будто смерть сидела напротив и у меня, как обычно, было слишком мало времени. Она торопила меня, возможно, потому, что хотела припугнуть. Но я ничего не боялась, однажды я уже видела ее и нет в ней ничего устрашающего.
Я погладила Дениса по лицу. Его кожа по-прежнему была мягкой, и я вспомнила множество моментов, когда он прижимался и со всей любовью целовал мои губы. Неужели теперь все это действительно осталось лишь в моей памяти? Неужели все это никогда больше не повторится? Неужели все это случилось с нами? Ему должен был исполниться двадцать один год буквально через месяц, но теперь он навсегда останется двадцатилетним парнем, который при жизни лучился счастьем, добротой и стремлением к необъятному.
И я заговорила. Наверное, я рассказывала ему нашу историю. Это было долго, красиво и слишком больно. В перерывах я плакала и прижимала его руку к своему лицу, чтобы почувствовать любимого человека. Денис был холодным, но я ощущала тепло. Денис был не со мной, но я ощущала его рядом с собой.
У меня никогда так сильно не болело сердце. Я держалась за грудь, словно таким образом могла словить его, если оно вдруг решит упасть. Вполне возможно, что оно упало еще три дня назад и сейчас просто ныло от того, что там было пусто. Уходить мне не хотелось. Хотелось только сидеть рядом с Денисом и ждать, что он проснется, ведь рано или поздно, он все-таки сделает это.
Он откроет глаза не в твоем мире, Ева.
Я не желала слушать внутренний голос, какими бы правдивыми словами он не пытался доказать мне обратное. Я продолжала рассказывать историю, надеясь найти в себе силы для дальнейшего существования. Внутри было так много мыслей, что я путалась в словах, задыхалась из-за спешки и…поняла, что надежда угасла окончательно. Ее не стало вместе с Денисом.
Денис умер.
— Пора, Ева, — сказал Андрей позади меня.
Я медленно поднялась, поцеловала его в обе щеки и провела ладонью по всему лицу. Запоминала это ощущение в последний раз, чтобы навсегда попрощаться с ним.
— Я люблю тебя. Я всегда буду любить тебя. Ты подарил мне самые счастливые мгновения. Ты подарил мне такую осознанную любовь, Денис! Мы создали прекрасную жизнь. Когда-нибудь я расскажу нашему сыну о тебе, и он будет гордиться своим отцом. Я обещаю, что сделаю это, слышишь?
Андрею пришлось вывести меня. Он сильно держал меня за руку и едва ли не тащил к выходу, потому что я дергалась из стороны в сторону и умоляла его дать мне еще несколько минут. Я говорила ему, что мне не хватило этого времени, что я не готова была расставаться с ним, но дверь закрылась.
Денис остался в одиночестве.
***
— Здравствуй.
Я приоткрыла глаза и подняла голову с окна, удерживая руки на животе. Мне не сразу удалось признать человека, стоящего передо мной в черном костюме. Знакомые черты лица приблизились ко мне и только тогда я узнала в парне Матвея.
— Здравствуй, — ответила я. Кто-то накинул на меня пуховик. В городе стоял настоящий зимний холод. Вероятно, я продрогла до костей, но не ощущала этого в полной мере.
Матвей сел рядом со мной на скамейку и некоторое время молча пил алкоголь из своего длинного стакана. От него противно пахло спиртным, а в глазах застыли слезы, страх и потеря. Та самая потеря. Прошло пять часов с тех пор, как я видела свежую могилу своего парня. Они временно установили тумбу с мемориальной табличкой и поставили фотографию, на которой Денис был очень счастливым. Думаю, я осознавала все, что происходило в эти дни. Раньше мне всегда было тяжело что-либо понять, но сейчас я как никогда находилась в своем теле, разуме и сознании. Все происходило в эту самую минуту.
— Прими мои соболезнования, — говорит Матвей, поворачиваясь ко мне.
— Спасибо. Ты как, держишься?
Я задавала этот вопрос каждому, кто присаживался рядом со мной за последние часы.
— Знаешь, когда он только пришел в нашу школу, я считал его придурком. Денис был странным, но до чертиков умный. Это я сейчас понимаю, что за всей его закрытостью скрывался великий человек. Он добился всего, чего хотел, — Матвей прервался, чтобы стереть слезы и посмотрел на меня с улыбкой. — Он добился тебя, Ева.
Я не сдержала ни улыбку, ни слез. Мы горько засмеялись.
— Я никогда тебе об этом не рассказывал. Ревновал, наверное. Когда мы с тобой расстались, Ева, он приехал ко мне домой. Денис побил меня, честное слово, от всей души побил. Я даже порадовался, что хоть кто-то решил причинить мне физическую боль. Так я мог немного забыть о душевной. Но поскольку Денис был слишком умным чуваком, он надавил на обе стороны.