— Князь сумел понять причину поражения. Он проиграл в первой битве, но были и остальные. Было много битв. И еще будет.
Будет?!
Это слово отразилось в моем сознании. Что это значит!
Тем временем Оливия продолжила:
— Нам всем выпала честь прислуживать Князю, выполнять его приказы и прихоти, — деканша на миг запнулась, а потом продолжила. — Любые!
Тая нервно задергалась, и каким-то неосознанным движением расстегнула верхние пуговицы и провела языком по губам. Она очень прямо приняла слова деканши.
Тая была влюблена в этого монстра.
И... все студентки отреагировали примерно так же. Они поправляли волосы, томно выгибались.
Черные глаза деканши сверкали ярко, ярче обычного, и мне стало понятно, что и она сама не прочь отправиться к Князю, чтобы выполнить какую-нибудь его прихоть. Желательно в постели.
Я же надеялась, что смогу где-нибудь тихонько отсидеться, что больше никогда не попадусь ему на глаза.
И надеялась я на это ровно три минуты.
Дверь распахнулась. На пороге стоял Дионисий.
— Прочь! — рявкнула Оливия. — Мои лекции никому нельзя прерывать.
— Темному Князю можно, — ответил Дионисий.
Оливия застыла. Мне показалось, или даже взметнувшиеся складки ее одежды застыли в воздухе.
— Лили Вандер должна срочно пойти в покои Князя.
— Зачем? — пискнула я.
От этого вопроса на лицах студентов и самой Оливии появился истинный ужас. Словно я нарушила самый главный закон.
— Как ты смеешь спрашивать? — вскричала Оливия. — Тебе должно быть достаточно одного приказа явиться к нему.
Я встала и направилась по коридорам следом за Дионисием. Удрать не получится, да и куда бы я побежала, академия не выпускает своих жертв.
Спрашивать о чем-либо у Дионисия было глупо. Он очень старательно показывал свое пренебрежение.
Вероятно, Князь все же почуял мою человеческую сущность. И теперь... время близится к обеду, а у князя, в отличие от студентов, питание может быть и трехразовым.
Глава 18 Порядок и чистота
Дионисий распахнул передо мной позолоченные двери. Он слегка напомнил мне лакея, раскрывающего двери во дворец какого-нибудь короля. Столько в его движениях было величавости и раболепия.
— Заходи, чего застыла, — сказал он.
— Что?
— То! Твоя задача навести тут порядок. Подготовить покои для Князя.
— Почему я?
— Это великая честь. Радуйся.
Я порадовалась быстро и тихо. Какая-то у меня незаметная радость получилась.
Сглотнула и застыла, пытаясь справиться с ощущением, что меня ведут меня на растерзание и выхода уже не будет. Совсем мне не понравились эти по-королевски роскошные двери.
Больше всего хотелось развернуться и убежать прочь. Далеко-далеко. К охотникам, а там забиться в какой-то темный угол и уже не вылезать. Не вылезать до тех пор, пока Князь снова не уснет.
Я перешагнула порог.
Двери за спиной захлопнулись.
— Где Князь? — глупо спросила я, разглядывая роскошный холл. К счастью, пустой холл.
— Он тебе отчитываться должен?! — хмыкнул Дионисий. — Оливия бы тебя за такой вопрос в вечную заморозку отправила.
— И сама бы с радостью отправилась сюда полы драить, — пробормотала я.
Обстановка впечатляла великолепием. Если вся академия имела уклон в сторону старины, этакая смесь эпохи возрождения с современностью, то здесь был налет еще большей древности. Средневековья.
Инстинкт вопил, что надо бежать!
— Что я должна буду делать? — спросила, не поворачивая головы.
— Сказал же, порядок навести. Сама что ли не знаешь, как это делается? Все тут отмыть и отскрести. — Дионисий кивнул в сторону ведра и тряпок, сиротливо стоявших в углу. — И поспеши, Князю должно понравиться.
С этим трудно не согласиться, уж пусть лучше Князю все понравится, чем он останется недоволен. Уже достаточно насмотрелась, как вампиры выражают недовольство.
А мыть полы я умею. Да и порядок навести легко смогу. Надеюсь, что сам хозяин этих комнат... да и не только комнат, Князь за один миг стал хозяином всей академии, так вот, надеюсь, что он не сунется сюда, пока я чистоту навожу.
Дионисий направился к выходу.
— Ты куда? — удивилась я. Мне казалось, что он засучит рукава и тоже будет тут ползать с тряпкой. Или что он будет стоять рядом... В общем, что он не оставит меня одну в этих покоях.
— С чего ты взяла, что я буду рассказывать тебе о своих планах, — Дионисий приподнял брови.
— Ни с чего, — огрызнулась я.