— Зеркало Тьмы может показать происходящее.
Он подошел к дальней стене, где висело не зеркало, заключённое в золоченую раму.
Дионисий вскинул руки, дотронулся до поверхности зеркала и замер. Прошло несколько минут, поверхность зеркала заколебалась — будто вода, в которую бросили камень. Потом потемнела. И вспыхнула.
Я увидела всё.
Это было яростное сражение. Вампиры и охотники не жалея своих сил, яростно набрасывались друг на друга. Сверкали мечи, летали серебряные пули, лилась кровь. Вампиры впивались клыками в охотников, размахивали мечами, ножами. Охотники втыкали осиновые колья.
Это была какая-то невероятно жестокая драка...
Как и тысячи лет назад. Тогда Эриад сражался с напавшими на него людьми. Он отбивал нападение на свой замок. Тогда еще не было серебряных пуль, но были серебряные наконечники стрел...
Я встряхнула головой, снова чужая память, чужое воспоминание.
— Нет… — вырвалось у меня.
В зеркале я увидела своего отца.
Он стоял в центре боя, в бронежилете с арбалетом в руках. Его лицо было изрезано шрамами, глаза — полны ярости. Он только что пронзил вампира насквозь, и тот рассыпался в пепел. Я увидела, как он кричит приказ — и группа охотников бросается в атаку.
Слёзы хлынули по моим щекам. Я хотела закричать: « Остановись! Уйди!» — но он не мог меня слышать.
Потом мой взгляд переместился. К ректору академии — отцу Дионисия, тому, кто еще совсем недавно засадил меня в подземелье. Он сражался, защитил от нападения охотников Таю... Таю, мою почти подружку. А ее сестра лежала рядом с осиновым колом в груди.
Нет!
Они же просто студентки... они вампирши.
Как остановить этот бой?!
К ректору подошел седой вампир... Я в нем легко узнала Зилифаса Вандера. Они перекинулись парой слов, ректор что-то нехотя отдал Вандеру. И тот ушел с поля боя.
Он уходил улыбаясь.
Он улыбался.
Я отшатнулась. Сердце сжалось так, будто его сжали ледяные пальцы.
— Он убьёт его… — прошептала я. — Он убьёт Эриада.
Он ненавидит его.
Дионисий стоял рядом, молчал. Потом тихо сказал:
— Князь знает, кто его враги. Он всегда знает.
— Но он не знает, что Вандер здесь! — закричала я. — Он не знает, насколько Вандер хитер и опасен.
Я повернулась к зеркалу. В нём я видела, как Эриад врывается в самую гущу сражения, он размахивает своей секирой. Той самой секирой, которая была у него еще тысячи лет назад. Он легко отбивает летящие в него пули.
Я сжала кулаки.
— Пожалуйста, держись, — прошептала я. — Я не знаю, как помочь тебе. Я не знаю, как остановить это безумие.
Глава 51 Снова Вандер
Тишина в покои Князя была абсолютной, ее нарушали только крики, вырываются из зеркала Тьмы. Я стояла перед ним, сжимая кулаки, я должна была выйти. Выйти и остановить эту ужасную битву. Мне осталось только решить, как обойти Дионисия.
И вдруг дверь открылась.
На пороге возник Зилифас Вандер.
Высокий, седой, в длинном плаще из серебряной ткани, с ярко горящими глазами.
— Лили, — произнёс он тихо.
— Да, — выдохнула я, отступая. Меня напугал его визит. Я пока еще не понимала, почему, но уже чувствовала, что его надо бояться.
Вандер улыбнулся. Спокойно. Почти с грустью.
— Моя милая Эрина, нам надо поговорить
— Я готова к разговору, — ответила я. И вдруг поняла, что все повторяется, что когда-то давно Вандер вот так же пришел к Эрине. И она ответила ему так, как сейчас ответила я.
Дионисий сделал шаг вперед.
— Вообще-то Князь приказал никого сюда не пуск...
Зилифас Вандер щелкнул пальцами и Дионисий замер. Его лицо покрылось инеем, на светлых волосах повисли сосульки.
— Ты слишком молод, чтобы понимать, что сейчас решается, — вздохнул Вандер.
Я бросилась к Дионисию, но он не шевелился. Кожа стала серой, как у мертвеца.
— Что с ним?
— Временная мера, — спокойно ответил Вандер. — Он не умрёт. Постоит так немного и очнется. Не стоит волноваться из-за него. Тебе надо волноваться из-за другого.
Я медленно повернула голову к Вандеру.
— Из-за чего же мне стоит волноваться? — спросила я.
Вандер широко по-отечески улыбнулся.
— Думаю, ты и сама знаешь о чем я говорю. Милая моя Эрина, в твоих руках жизнь охотников, жизнь людей. Жизнь этой планеты.
— Я не Эрина, — я покачала головой. — Я Лили ван Хельсинг, я охотница.
— В этот раз ты родилась охотницей, но вспомни, кем ты была в прошлой жизни. Сама твоя суть осталась прежней. Ты ненавидишь зло, ты всегда делала добро. Ты Эрина. Новое воплощение Эрины.