— Ты куда? — растерянно спросила Джейн.
— Блевать, — коротко ответил он, даже не оглянувшись.
Джейн дернулась было, чтобы пойти следом за ним, но вовремя спохватилась. Сейчас ему не требовалась ее помощь. Ли Сунг терпеть не мог, когда кто-либо становился свидетелем его минутной слабости. А Руэл, возможно, еще более ранимый человек в этом отношении.
Повернувшись к Сэму, который все еще возбужденно повизгивал и пытался лизнуть ее в губы, Джейн сказала дрожащим от страха голосом:
— Ну и забияка же ты! А с виду такой тихоня! Придется мне забрать тебя в дом, чтобы такого больше не повторилось. Идем!
Когда через несколько минут она вышла вместе с Сэмом из конюшни, Руэл, зачерпывая ладонями воду из бочки, приготовленную для питья лошади, плескал ее себе в лицо. Плащ лежал рядом с ним на земле. Мокрая рубашка прилипла к телу. Когда он поднял на нее глаза, лицо его все еще оставалось серым.
— Ненавижу змей, — сказал Руэл виноватым голосом.
— Я тоже. — Джейн пожала плечами. — Но я привыкла к ним. Они довольно часто забирались в палатки, в которых мы жили.
— Почему ты не послушалась, когда я позвал тебя?
— Потому что кобра того и гляди могла броситься на Сэма. А он такой глупый и неуклюжий, что не сумел бы увернуться.
— Ты готова была из-за него рисковать собственной жизнью?
— Он мой, — ответила она просто. — И кто позаботится о нем, как не я?
Руэл не сводил с нее глаз.
— Я не мог поверить своим глазам, когда увидел, как ты идешь на кобру с вилами. Боже! Как я перепугался!
Джейн не ожидала, что он признается в своей слабости.
— А я еще больше, — сказала она и улыбнулась. Легкая дрожь постепенно начала проходить. — И все же ты тоже бросился на помощь Сэму…
— А что мне еще оставалось делать?
Никогда еще Руэл не выглядел таким смущенным и растерянным, и Джейн захотелось его как-то поддержать, успокоить, вселить в него привычную уверенность.
— А почему ты так боишься змей? У тебя связаны с ними неприятные воспоминания?
— Все мы боимся чего-то, — уклончиво ответил Руэл, поднимая с земли плащ и накидывая его на себя. Видя, что она продолжает выжидательно смотреть, Руэл пожал плечами и признался: — Меня как-то раз, в детстве, ужалила змея.
— Кобра? — испуганно спросила Джейн.
— Нет, что ты! Гадюка. В тех местах не водятся кобры. Я забрался в горы переночевать… я довольно часто уходил из дома куда-нибудь один. — Он говорил неохотно и отрывисто, словно ему хотелось как можно скорее закончить рассказ. — Я говорил тебе о своей любимице. Обычно я брал лису с собой. С ней я не чувствовал себя таким одиноким. Однажды ночью я проснулся от острой боли в ноге, откинул одеяло и увидел гадюку. А неподалеку от меня лежала лиса, неестественно вытянув шею и лапы. Я понял, что гадюка ужалила ее первой. Схватив камень, я что есть силы бросил его в змею и размозжил ей голову. Но, как ты понимаешь, это все равно не могло вернуть мою лису к жизни. — Он крепко сжал губы. — Потом я разорвал рубашку, затянул ногу и пошел домой. — Он пожал плечами. — Но, к сожалению, я не из везучих. Мать как раз ушла в деревню. По счастью, Йен начал беспокоиться и отправился на поиски. Он-то и наткнулся на меня. Если бы не он, не знаю, чем бы все кончилось. Ему удалось отвезти меня к местному доктору. Вот и вся нехитрая история. Я довольно быстро выздоровел, отделавшись местным воспалением и страшной рвотой. И всякий раз при виде змеи у меня снова начинаются эти же самые приступы неукротимой рвоты.
На лице Руэла появилось обычное выражение, и со свойственной ему небрежностью он закончил:
— Теперь ты видишь, почему мне так понравилось, что Картаук изобразил Абдара в виде змеи. — Руэл посмотрел на дорогу, где его ожидал рикша. — А теперь мне пора возращаться в отель. Йен ждет меня. Не стану больше докучать тебе своими воспоминаниями.
— Ты и не докучаешь, — сказала она медленно. — Мне просто стало грустно.
— Правда? Не понимаю, почему? — Руэл прищелкнул пальцами. — Ах, да! Должно быть, из-за лисицы. Твое сердце обливается кровью из-за моего маленького пушистого друга?
Она молча смотрела на него.
— Или это из-за меня? — насмешливо спросил Руэл — Скажи, не собираешься ли ты спрятать и меня под свое крылышко, как сделала это с Картауком?
Джейн растерянно молчала. Неужели он прав, и достаточно одной трогательной истории, чтобы преграды, которые она тщательно выстраивала, защищаясь от Руэла, начали рушиться, как картонные коробки под порывом ветра? Она изо всех сил пыталась снова убедить себя в том, что Руэл беззащитен не более, чем кобра, с которой ей только что пришлось столкнуться в конюшне, но ей это не удавалось. Тогда она попробовала переменить тему, чтобы отвлечься от этих мыслей:
— Ты приехал сюда, чтобы сказать что-то важное? Ты виделся с махараджей? Как прошел разговор с ним?
На лице Руэла промелькнуло неопределенное выражение.
— Хорошо, — сказал он сдержанно, а потом не выдержал. Сияющая улыбка заиграла на его губах: — Даже более чем.
— Он пообещал продать тебе Циннидар?
Руэл кивнул.
— Похоже на то. — Взглянув на Сэма, который крутился возле ног Джейн, он заметил: — Советую тебе держать этого глупого пса в доме. Конюшня стоит рядом с зарослями, там столько щелей в полу, что в любую минуту может заползти еще одна змея. А если ты окажешься где-нибудь далеко?
— Да, я уже решила забрать Сэма в дом.
— Правильно. И мой совет, как всегда, оказался ни к чему. В таком случае, — он склонился в преувеличенно вежливом поклоне, — мне остается только попрощаться.
Руэл уже стоял возле рикши, когда Джейн пришла в голову внезапная мысль.
— Сколько тебе было лет, когда ты встретился с гадюкой?
Он оглянулся и посмотрел на нее через плечо.
— Не помню. Что-то около девяти.
Джейн проводила взглядом легкий экипаж, который удалился под мелодичный звон колокольчика.
«С ней я не чувствовал себя таким одиноким…»
Девять лет! Совсем еще мальчик. Что делал такой малыш ночью, в горах? Почему никто, кроме Йена, не пытался искать его? Возможно, ей уже никогда не узнать ответы на эти вопросы. Руэла нелегко вызвать на откровенность, и хотя сегодня ей удалось на миг приоткрыть дверцу в его прошлое, вряд ли он позволит сделать это еще раз.
Впрочем, успокоила себя Джейн, это и к лучшему. Недавний разговор и так внес сумятицу в ее мысли. Сегодня она увидела другого Руэла: ранимость, беззащитность — вместо привычной уверенности в себе, искренность вместо иронии, слабость вместо силы.
Это оказалось гораздо более грозным оружием, чем все его прежние хитроумные уловки.
— А где игрушка? — нетерпеливо спросил махараджа, едва Руэл на следующий день переступил порог в приемной.
— Вы сможете получить ее в самое ближайшее время, — последовал вежливый ответ.
Махараджа нахмурился.
— Я знаю, что ты мог принести ее прямо сейчас…
Гость чуть заметно улыбнулся, продолжая хранить молчание.
— Хорошо. Можешь забирать свой остров. Но не за сорок тысяч фунтов. Мой советник сказал, что его цена составляет по крайней мере пятьдесят тысяч.
Стараясь скрыть волнение, Руэл как можно равнодушнее проговорил:
— Я не богач. И могу себе позволить только пять тысяч.
— Хорошо. — Махараджа улыбнулся. — Мы оформим документы, как только…
Руэл быстро перебил его:
— Мой брат и полковник Пикеринг находятся внизу с соответствующими бумагами. Мы могли бы оформить купчую прямо сейчас. Тогда ничто не помешает мне полностью посвятить себя поискам второй половины игрушки. — Он выдержал паузу. — Она будет доставлена вам в самое ближайшее время.
— Тогда давай покончим с этим прямо сейчас, — нетерпеливо сказал махараджа.
Через сорок пять минут Руэл, взяв один экземпляр договора себе, вручил второй полковнику Пикерингу, который, в свою очередь, отдал банковский чек главному советнику.