– Чертова пресса. – Райан выключил телевизор и пошел в кабинет Митча.
Кейт тяжело опустилась на диван и закрыла лицо руками. Дрожащими пальцами она растирала виски, пытаясь избавиться от головной боли, уже стучавшей молотом внутри. Словно бы и без того все было недостаточно плохо, теперь их историю еще покажут во всех новостях.
Симона отвела детей на улицу и села рядом с Кейт, а Митч пошел в кабинет следом за Райаном.
– Поговори со мной, советник, – попросила Кейт.
– Что ж, мне бы хотелось услышать, что планирует пиар-отдел Райана, но, думаю, вам обоим придется сделать официальное заявление, это единственный способ отвязаться от репортеров. Велика вероятность, что они уже дежурят у твоего дома и у дома Райана. Думаю, вам повезло выиграть день, оказавшись здесь. Пока они вас не нашли, но это только вопрос времени.
– Просто прелестно.
Кейт поднялась с дивана и пошла в кабинет Митча. Райан ходил там взад-вперед с телефоном у уха, брат стоял в углу комнаты и прислушивался к разговору, уперев руки в бока.
По коже Кейт побежали холодные мурашки. Она, конечно, видела Райана разочарованным и разозленным прежде, но сейчас все было иначе: голос стал ледяным, лицо ожесточилось, и его собеседнику на другом конце провода – Кейт предполагала, что одному из адвокатов – досталась основная сила удара ярости Райана.
– Мне до лампочки, чего они хотят, – говорил он в трубку, – моя личная жизнь, черт побери, – это мое личное дело. Я никогда раньше не давал комментариев по этому поводу и, мать вашу, не собираюсь ничего менять.
Кейт поняла, что, судя по количеству раз, когда Райан выругался, ситуация к лучшему не поменялась. Закончив разговор, Райан бросил беспроводной телефон на стол, опустился в кожаное кресло Митча, откинулся головой на спинку и закрыл глаза.
– Как ты хочешь поступить?
Вопрос явно предназначался Кейт. Она оглянулась на Симону и снова посмотрела на суровое лицо мужа:
– Что будет, если мы их проигнорируем?
– Они будут преследовать нас, пока мы не сломаемся.
Кейт заметила, как Симона согласно кивает.
– Что ж, тогда встретим их с высоко поднятыми головами.
Стальные глаза Райана встретились с ее.
– Мне бы не хотелось, чтобы мою личную жизнь полоскали на первой странице «Нейшенел Стар».
– Райан. – Симона впервые вмешалась в разговор. – Я не думаю, что в данной ситуации у тебя есть выбор. Или мы даем им что-то для печати, или они приложат все свои грязнейшие усилия, чтобы самим состряпать что-то значительно хуже. Понимаю твое стремление к сохранению тайны частной жизни, но сейчас остается только выбирать меньшее из зол.
Ледяной взгляд Райана остановился на Симоне.
– Я ненавижу чертову прессу.
Она не стала бороться взглядами.
– Уверена, они отвечают тебе взаимностью.
Симона приобняла Кейт за талию.
– Думаю, пора нам разработать план игры. Обязательно даем понять, что тема детей – запретная зона. Вы делаете общее заявление, ведете себя вежливо, цивилизованно, – тут она многозначительно посмотрела на Райана, – отвечаете на пару коротких вопросов. Все это займет не более нескольких минут.
Райан тяжело вздохнул.
– И еще, мистер Мультимиллионер, – добавила Симона. – Ты будешь предельно вежлив и обходителен. Поведешь себя с прессой, как задница, и Кейт порвут на кусочки. Знаю, в прошлом такая грубость работала на тебя, но теперь от твоего поведения зависят другие люди. Сейчас репортеров не интересует твой бизнес, они нацелились на твою семью, а у этой игры совсем другие правила.
***
Даже проливной дождь не смог разогнать репортеров. Кейт смотрела из окна номера люкс в пентхаусе отеля Хотон на полосы ливня, бьющие по городу. Они струились, темные и мрачные, почти такие же, как ее настроение, и конца им и этому депрессивному дню не предвиделось.
Повернувшись к дождю спиной, Кейт постаралась сосредоточиться на предстоящем сегодня испытании, но каждый раз, глядя на Райана, пугалась образа, в котором он предстал. Окруженный группой из нескольких мужчин и одной женщины, в дорогом темно-синем костюме с накрахмаленной белой рубашкой и галстуком в синюю клетку, он выглядел именно тем, кем и являлся – сильным игроком. И именно сейчас, когда Райан был так одет, в этой обстановке, Кейт легко могла понять, почему люди так его боялись.