Райан запустил руку в волосы, зная, что бесконечное переживание вины ничего не изменит. Единственное, что сейчас важно – обеспечить Энни безопасность.
– Ты устала?
Она повернулась к нему. Падающий в окно лунный свет освещал ее черты: темно-зеленые глаза, высокие скулы, копну ниспадающих на плечи вьющихся волос, которые так хотелось потрогать.
– Опустошена.
Ее усталый голос походил на бархатную бумагу вперемешку с наждачной. Он хотел бы услышать, как она сонно произносит его имя, как делала это сотни раз прежде. Хотел подхватить ее и отнести в постель. Хотел заключить в объятия, скользить по ее телу, а остальной мир пусть подождет.
Но он знал, что не может. Она все еще ему не доверяла. Райан ужасно себя повел, когда впервые понял, кто она, а сейчас они оба знали, что он косвенно виновен в ее бедах. Недоверие было оправданным, и он не хотел ее оттолкнуть. Так же сильно, как он хотел прикоснуться к ней – нуждался в этом, – Райан желал, чтобы и она хотела его. Даже если бы ее хотела лишь его малая часть.
– Пойдем, – позвал он ее жестом. – Покажу тебе гостевую комнату.
Подхватив ее сумку, за которой они заехали на Мосс Бич, пошел к лестнице. Ноги Энни шаркали позади, в воздухе витал сладкий аромат сирени. Одна лишь мысль, что она будет лежать в кровати через комнату от него, возбуждала. Так близко. Такая живая.
Холодный душ. Вот что ему нужно. Принять прямо сейчас. Может, раза два. Или десять.
Он толкнул дверь гостевой, и Кейт прошла мимо, задев шелковыми прядями его плечо. Тяжелая покалывающая волна устремилась прямиком к паху.
– Здесь мило, – заметила Кейт, медленно осматривая по кругу бледно-голубые стены, белый вязаный плед на огромной кровати, отделанную белым мебель, которую выбрал дизайнер.
«Мило» было совсем не тем словом, которое пришло ему на ум. Кейт была великолепна в джинсах и облегающей футболке. Ткань обтягивала бедра, ноги и попку, а когда Кейт повернулась, выпуклость ее груди проверила на прочность не только его тело, но и самоконтроль. Он хотел прильнуть губами к этой сочной груди, которую уже успел сегодня потрогать.
– Райан?
Он поднял взгляд и увидел ее обескураженное лицо.
– Прости. Торможу. Долгий выдался день.
– Вот уж точно.
Он поставил ее сумку на кровать, подошел к смежной двери и включил свет, изо всех сил стараясь не реагировать так остро на каждое ее движение или звук. Не смог.
– Я раньше здесь жила?
Этот тихий вопрос отрезвил его. На что это похоже, не помнить, кто ты и откуда? Полагаться на других в заполнении пробелов? Впервые, с тех пор, как она вернулась в его жизнь, Райан осознал, как трудно это должно быть для нее.
Заметив, что пытается ее коснуться, засунул руки в передние карманы джинсов.
– Нет. Я купил этот дом года четыре назад.
– О.
Она провела рукой по голубому клетчатому покрывалу. Хотел бы он, чтобы Кейт вот так коснулась его. Райан не мог удержаться от воспоминаний о жаре, который охватывал его кожу, когда она проводила по ней рукой по утрам.
– А где мы раньше жили?
– В городе. Когда ты… ушла… я не смог жить там один.
Правда лишь отчасти. На самом же деле он оказался не способен ступить ни в одну из комнат без воспоминаний о том, как она была там, улыбалась ему, занималась с ним любовью. Без нее в том доме он едва не умер.
– О, – снова повторила она, глубоко вздохнула, уронила руку и опустила взгляд.
Разговоры о прошлом облегчения не приносили, а он не хотел, чтобы ей было неуютно. Райан пошел в ванную, достал из шкафчика полотенца, развесил их на крючках, а когда вернулся в комнату, Кейт уже копалась в сумке.
Ее лицо осунулось, тушь размазалась под глазами. Кейт выглядела так, словно могла упасть и заснуть в любой момент.
– Ну, оставлю тебя отдыхать.
– Райан?
– Да? – Он остановился у открытой двери и оглянулся.
– Прости.
– За что?
– За то… что втянула тебя.
– Ты не втягивала.
– Втягивала, – покачала она головой. – И очень об этом жалею. Не стоило приезжать в Сан-Франциско. Не могу перестать думать, как это подействовало на всех. Из-за меня ты очутился в кошмаре. Джулии и Риду я принесла лишь неопределенность и страдания. А теперь подвергла опасности и Симону с Шеннон.
– Ты не сделала ничего дурного, – мягко заметил он.
– О нет. Сказала себе, что должна узнать правду. А сейчас… – Она подняла руки и опустила их, сдаваясь, затем присела на край кровати. – Сейчас я уже не уверена, что хочу что-то знать. Может, лучше мне собраться и уехать.
Внутренности Райана скрутило узлом, в груди нарастала паника. Он не переживет, если она сейчас от него уедет. Когда она пропала в первый раз, он сломался. Второй раз его просто убьет.