— Хахаха! — рассмеялся Семёныч. — Ну ты настоящий делец, Женька! Из любого копейку выдоишь! Даже у нищего! По рукам! Айда в юридический отдел!
Но было у Жеки и ещё одно предложение, и касалось оно лично директора.
Глава 9. Финансы и головокружение от успехов
Жека уже почти вышел из кабинета, когда предложил Семёнычу вернуться обратно за стол.
— Я бы тут поговорить хотел кое о чём... — неопределённо сказал Жека. — О вас. И не только...
— Обо мне? — удивился директор. — Интересно. Ну, слушаю...
— Начну прямо. Скоро грянет приватизация, это очевидно. И серьёзные люди захотят на ней навариться. Вы когда нибудь думали о плане Б?
— О плане Б? — недоумённо спросил Николай Семёныч, осторожно присаживаясь на стул.
— Ну да. О плане Б. О том, чтобы бросить тут всё, когда начнётся война среди головорезов за этот завод, и спокойно поехать разводить пчёл где-нибудь в Германии? Или разводить лошадей на ранчо в США? Так же, как сделал Роман Александрович Сахаров?
— Знаешь, Жень... Я пока не готов разговаривать на эту тему, — растерянно сказал Семёныч. — Роман мне сделал предложение, от которого я не смог отказаться. Это был поступок во благо дочери. Элеонора достойна лучшего в этой жизни, чем прозябание в разрушающейся стране.
— Так сделайте сейчас поступок во благо себя, — посоветовал Жека. — Для этого надо лишь открыть счёт в зарубежном банке, у вас же есть зарубежные представительства. И часть выручки от комбината перечислять на него. Год- два, и уходить на пенсию. Вот, собственно говоря, мой совет на план Б.
— Но это воровство! — возразил Семёныч. — Я так не могу! Мне надо подумать!
— Окей. Думайте. Я просто предложил это, зная предстоящие расклады. На меня самого уже наезжали москвичи. Буквально недавно, на днях. Уголовные авторитеты. Не просто так же я вам всё это говорю. Очевидно, что на государственную собственность во время приватизации будет много охочих людей. Здесь станет опасно. Уже опасно.
— Я не готов пока говорить об этом! — решительно заявил Семеныч. — Но приму к сведению твой совет. Поговорим об этом позже.
В этот же день между металлургическим комбинатом им. В. И. Ленина и Сибирской металлургической компанией был подписан контракт на производство 27 500 тонн упрочнённого листового металлопроката по цене 800 рублей за тонну. Жека значительно поднял величину заказа — вдруг всё удастся продать. Рискнул. Бизнес любит риск. В этот же день перевёл на счёт комбината 22 миллиона рублей, которыми частично была погашена задолженность по заработной плате. Рабочие приступили к сменному заданию. Напряжённость в трудовом коллективе временно оказалась погашена. Каждую неделю комбинат обязался отгружать по 7000 тонн. В среднем получалось по два железнодорожных состава. Теперь предстояло продать металл опционными лотами на бирже.
На следующий же день Жека поехал на биржу прямо к открытию. Время выбрал с таким расчетом, чтоб токийская биржа уже работала, а московская и лондонская ещё нет. Аристарх Самуэлович, тёртый делец, встретил как своего.
— Евгений Александрович! Мне кажется, вы сегодня хотите крупно поторговать! — физиономия Аристарха довольно сияла как у кота, увидевшего сметану. — И я даже знаю чем!
— Всё верно! — солидно сказал Жека и дал Самуэлу один опционный и три фьючерсных контракта на продажу листовой стали общим весом 27 500 тонн. По условиям опционного контракта покупатель был обязан купить по три фьючерсных на 5 процентов дешевле. Довеском шёл договор о сотрудничестве между комбинатом и Сибирской металлургической компанией, а также признание её своим официальным представителем в торгах на всех площадках и правом заключать любые контракты на реализацию металлопроката.
— Количество ого-го у вас, — присвистнул Аристарх. — Прошлым контрактом вы взбудоражили японский рынок. Товар прибыл в Японию, и заказчик доволен. Его начальная покупная цена ваших лотов будет 32 доллара за тонну. Сейчас вы имеете полный доступ к опционным торгам как официальный представитель металлургического комбината. Ну что, приступаем?
— Конечно, — согласился Жека.
За эти опционы развернулась самая настоящая борьба между четырьмя японскими компаниями. Но победила та же, что и прошлый раз, «Takeshi Mital Company. Tokyo. Japan», подняв цену на металл до 41 доллара 20 центов за тонну.