— И что мне за это будет? — насмешливо спросила Сахариха.
— То же, что и всегда! — Жека прижал к себе и начал целовать медленно и эротично. Светка растаяла, как масло под раскалённым ножом. Была она крайне чувствительной и чувственной — сплошная эрогенная зона. Жека положил подружку на диван и медленно раздел...
— Ну чё? Баранину будешь в горшочке? — через полчаса спросила Сахариха, надевая белоснежные французские трусики. — Или зразы?
И так аппетитно она спросила, что сразу есть захотелось. Посмотрел на часы — время ещё позволяло.
— Давай поедим! Мне за бухгалтершей ещё съездить надо, — согласился Жека. — Договорились к концу рабочего дня.
— Ух ты какой у меня, — шутливо проворковала Сахариха. — Весь в заботах о других. Никто не позаботится, никто не накормит, кроме меня...
А готовила Светка отменно. Этого никак не отнять. Что хочешь, то и сварганит, мастерски и быстро. Баранина в горшочке — суперковарное блюдо, и подавали его в ресторанах всегда горячим, даже обжигающим. Потому что при охлаждении до комнатной температуры превращалось оно в невразумительный комок бараньего жира. Однако Сахариха знала, что делала. Жека с удивлением увидел у неё на подоконнике... Микроволновку. Вещь по тем временам супердорогая и супернеобычная для постсоветской кухни. Видели их только в телепрограмме «Поле чудес» в качестве суперприза, равного по стоимости видаку или телевизору. И считался этот предмет кухонной техники среди советских людей совершенно бесполезным. Что ж это за приблуда, в которой только разогревать блюда можно? Зачем она, когда их вполне спокойно можно разогреть на обычной сковородке или, на крайняк, в водяной бане?
Однако Сахариха моментом оценила преимущества микроволновой печи. Поэтому и стала готовить такие блюда, которые легко разогреть в этом чуде техники, стоявшем перед Жекой.
— Чё отдали за печку? — спросил Жека, уплетая обжигающую вкуснейшую баранину с овощами, и наслаждаясь ароматом базилика, сельдерея, кориандра и шафрана. Блин... Да она готовит лучше, чем в ресторане!
— Чирик. Нравится? — лукаво спросила Сахариха, через трубочку потягивая безалкогольный мохито из высокого бокала.
— Бесподобно! — закатил глаза Жека, изображая бесподобность и отменный вкус, и вышло это так смешно, что Сахариха зашлась громким продолжительным смехом.
Однако сколько ни сиди, а бежать надо. На сегодня осталось только забрать Ирину и отвезти её в свою квартиру. А Ирина времени даром не теряла. Как Жека ей и поручал, в фирме, торгующей офисной мебелью, купила всё, что было необходимо для работы. Заехала на телефонную станцию, сама сунула взятку начальнику и подписала договор о подключении помещений компании к телефонной сети.
Когда Жека приехал за ней, сидела в своём новом кабинете уставшая и, наверное, голодная. Вид у неё был невесёлый.
— А где мужики? — спросил Жека, увидев её одну. — Графин и Абай?
— Я отпустила их, — устало сказала Ира. — Они тоже наработались. Мебель грузили, таскали, грузчикам помогали. Видишь — всё сделали как надо.
— Вижу. Молодцы! — похвалил Жека. — Ну всё, время уже к вечеру. Ты наверное есть хочешь?
— Немного! — виновато улыбнулась Ирина. — С утра, как в «Ленинграде» обедали, ещё не ела. И некогда было, и негде.
— Пошли в ресторан, я тебя ужином накормлю, — предложил Жека. — А то у меня дома, наверное, мышь повесилась. Я со Светкой договорился. Поживу у неё пока. Так что не стесняйся.
Ирина отказываться от ужина не стала, согласно кивнула головой. Поехали в «Ленинград», как самый близкий ресторан.
— Вот видишь, уже второй раз пришла сюда, — улыбнулся Жека, протягивая женщине меню. — Так и становятся завсегдатаями. Выбирай! Всё, что душа пожелает!
— Я даже не знаю... — замялась Ирина. — Здесь такие блюда непривычные...
— Если непривычные, значит, заказываем то, что просто! — рассмеялся Жека. — Я помню, тут зимний салат прекрасный, с ветчиной, и пельмени. Да! Простые сибирские пельмени! Они здесь фирменным блюдом, как национальная кухня. Готовят такие, что пальчики оближешь, — проверено! И дают целую гору.
— Давай пельмени и салат! — согласилась Ирина. — Просто у нас в семье они считались праздничным, необыкновенным блюдом.
— Как и у всех! — согласился Жека. — Ты думаешь, я у родителей деликатесами объедался? Нас пятеро в семье. Картошка, капуста, лапша, минтай и килька — вот и весь рацион. Пельмени только по праздникам.
Поужинав, поехали к подруге Ирины, забрали вещи. А там вещей всего две сумки. Ничего не нажила молодая женщина за годы замужества. Деньги, что она зарабатывала, частично откладывала на книжку, с них и купила акции, сделавшие её миллионером. Из личных вещей после развода остались лишь одежда и обувь. Да и то одежда в основном, сшитая самой.