А есть еще особая каста ученых, их называют «прикладники». Они ничего революционного не генерируют и не организовывают, но и не являются балластом. Без них всем ученым трудно обойтись. Прикладники занимаются математической обработкой научных данных, - пишут программы или пользуются классическими методами из высшей математики. Они помогают другим систематизировать и обобщить результаты научных исследований, на основе которых ученые делают выводы и прогнозы. Бывает, что прикладник и генератор – это один человек. Можно сказать, своего рода универсал. Таким ученым легче – они видят весь каркас научного исследования в комплексе, в единстве. Но таких мало.
В таких вот научных понятиях и рассуждениях я плавала каждый день моего детства. Мало что понимала, но все равно, меня захватывало этой волной. Помню, у нас дома всегда было много книг, которые помещались в два шкафа, казавшихся мне пузатыми. Наверное, от того, что книги в них были очень толстыми. Интересно, что несмотря на всю серьезность их содержания, обложки были ярких, сочных цветов – красные, синие, зеленые, оранжевые. Я считала, что в них написана какая-то умная правда, которую я потом пойму, когда вырасту. Именно эти книги я представляла каждый раз, когда в детстве родители говорили мне: «Когда вырастешь, поймешь».
- Я сегодня не получила новое обеспечение для экспедиции. Мне сказали, что его просто нет и неизвестно, когда будет, - печально поделилась мама за очередным ужином. – Ни тушенки, ни сгущенки, ни сухарей, ни спальников. Даже на бензин для вертолета денег нет сказали, - упавшим голосом закончила она.
Теперь все ужины у нас проходили именно так - печально. Все больше нарастало проблем, которые надо было обсудить и находить пути их решения, и все меньше было научных достижений, обсуждать которые у родителей просто не было того настроения… В доме повисло угрюмое ожидание перемен.
- Да, совсем все меняется, Лиза, - безрадостно согласился папа. - Я перестаю узнавать наш институт. Все ходят встревоженные, в страхе, что их разработки прикроют. Молча продумывают доводы для министерства, чтобы оно выделило средства именно их лаборатории для возможности работать дальше, а точнее оставаться на плаву. Ходят разговоры об объединении отделов, что тоже приведет к жесткому сокращению исследований, а может и людей.
Зазвонил телефон. Трубку снял папа, решив, что это с работы.
- Да, я слушаю, - напряженно произнес он. А в трубке молчали. – Да что же это такое! Когда вам идиотам это надоест уже наконец! Сволота тупая! – яростно заорал папа и швырнул аппарат в стену. Тот тренькнул при ударе и брякнул на пол с несколькими трещинами на корпусе.
- Лиза, а мы можем написать заявление куда-нибудь, чтобы отследили, кто нам звонит и приняли меры! Ну так же невозможно уже жить! – с нервным отчаянием спросил папа.