Потому что не хочу, чтобы он думал, что меня напрягает когда он смотрит. Его глаза говорили «я вижу тебя». Мои отвечали: «и чё дальше?».
Ари наклоняется и цедит с ухмылкой:
— Ну, может, наконец расскажешь, что между тобой и Ароном?
Я оторвала взгляд от объекта обсуждения и посмотрела на неё.
— Между нами ничего нет, — спокойно говорю я. — Он мой сводный брат.
Ари вытаращилась так, будто я только что сказала, что мы вместе клонировали динозавра.
— ЧТОО?!
Я пожала плечами.
— Мама нашла себе нового бойфренда. У него сын. Та-дааам. Сюрприз.
Ари чуть не грохнулась со стула.
— Подожди… То есть вы знакомы сколько?
—Утром поздоровались, а через час он уже влез в мою жизнь, — хмыкнула я.
— Охренеть. — Она выдохнула и добавила со смехом: — Ну он, конечно, красавчик. С ним точно чаще придётся менять бельё.
— Фу, Ариэла. Я ещё не достаточно выпила.
— Звучит как тост.
Мы засмеялись, она достала небольшую флягу, сделав глоток, скривила лицо и протянула мне.
— Что это? — спросила я.
— А ты угадай.
Я протянула флягу к губам и почувствовала горький вкус.
— Ммм, виски?
— Двадцатилетний. — гордо произнесла Ариэла.
— О, мой ровесник.
Мы посмеялись и Ари протащила меня на танцпол.
Музыка гудела так, что грудная клетка вибрировала. Танец — мой способ сказать: да, я здесь, и мне плевать, кто смотрит. Двигалась легко, с той самой долей наглой игривости, за которую меня и терпеть не могли «идеальные девочки». Каждый шаг — как вызов.
Я чувствовала, как чей-то взгляд сверлит затылок.
Ну, конечно. Привет, тень.
В следующую секунду — дыхание у шеи.
Арон. Без слов. Без драмы. Просто подошёл и положил руки на мои бёдра.
Медленно. Как будто знал, что может.
Я застыла, но не потому, что испугалась. Скорее потому, что адреналин шарахнул в кровь.
— Почему перестала танцевать? — его голос был хриплым, сдержанным, как будто он и сам только что забыл, зачем начал это.
Я обернулась, чуть приподняв бровь.
— А ты всегда так заходишь? Или это у тебя “особый стиль общения с родственниками”?
Он усмехнулся.
И я — тоже.
Потому что игра только начиналась.
Глава 4
Он чуть склонился ко мне, так что его губы оказались почти у моего уха. От него пахло алкоголем — лёгким, но ощутимым.
— Танцуй. Я хочу смотреть, как ты двигаешься.
Его голос звучал так властно, обволакивающе, что волна мурашек пробежала по коже. Я глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки, и повернулась к нему.
— А ты уверен, что сможешь выдержать? — мой тон был вызовом, а бровь лениво приподнялась.
Арон хищно улыбнулся, будто вызов только подстёгивал его. Он убрал одну руку с моего бедра, но другой продолжал держать меня, словно заявляя, что сдаваться не собирается.
Музыка внезапно сменилась на медленную, обволакивающую мелодию, словно время замедлилось специально для нас. Танцпол немного опустел, и Арон уставился мне в глаза, его выражение стало серьёзнее, но не менее наглым. Он убрал вторую руку с моего бедра, лишь чтобы протянуть её вперёд, приглашая меня.
— Потанцуем?
Я не ответила, но вложила свою руку в его, давая согласие.
Зачем я согласилась?
Его пальцы мягко обхватили мою ладонь, и он притянул меня ближе. Моя рука оказалась на его плече, а его — обвила мою талию. Мы начали двигаться под музыку.
Я чувствовала его близость, тепло его тела, как пальцы легко скользят по моей спине. Его взгляд не отпускал меня — в них было что-то большее, чем интерес, но я уже не позволяла себе надеяться.
— Ты хорошо двигаешься, — тихо сказал он, почти на грани слышимости, но я услышала.
— А ты не такой уж безнадёжный, — сказала я с лёгкой усмешкой, бросая на него взгляд, который мог прожечь дырку. — Обычно парни не очень умеют танцевать, так что это приятно удивляет.