Пара…
Но сейчас не время и не место!
- Дмитрий, приветствую! – тут же вякает Важный, протягивая мне руку. – Кто это был? Приятный запах… - ведет своим носом, задрав голову, - такой дурманящий, утонченный… Неужели она…
- Не твоё собачье дело, Вялый! – перебиваю его, заметив нехороший блеск в его мутных глазах, пряча свои руки за спиной, иначе боюсь, что скручу его шею раньше времени. Сверлю этого старого хрыча своим взглядом. Даю понять, что прекрасно знаю о его недуге и только в близких кругах его новую и вполне себе «говорящую» кличку.
- Да что ты себе позволяешь, сопляк?! – недовольно цедит тот, поняв мою мысль, выходя вперед, наступая на меня.
- Что слышал! – нагло обрываю его, не отступая ни на шаг. Пусть знает своё место! И пусть больше не смеет совать свой нос в мои личные дела!
Не хочу, чтобы знал об Анюте и других. Эта тварь отберет, и глазом не моргнет.
Молчит, супится, скалится.
- Я по поводу долга твоего отца… - начинает говорить тот, презренно окатив меня своим взглядом мутных светло-карих глаз. Он слепнет. И это видно. Вот только другие чувства у него явно обострились, потому что этот урод снова ведет носом и недовольно пялится на меня, прекрасно понимая, что я пытаюсь приструнить своё желание и похоть, только вот не к его дочерям. Улыбается мне, противно морщась. Бля буду, задумал что-то нехорошее, гад!
Не пожалею, если будет исходить угроза в сторону моей пары!!!
Я понимаю, что он – один из ПЕРВЫХ. Я должен уважать его, приклонять голову, как это делали праотцы и многие другие до меня. Но эта падла меня бесит и раздражает, показывая своё эгоистичное и напускное величие перед всеми. Старая кличка никак не может покинуть своего хозяина. И мне это не нравится. Он её не достоин. Пусть он – и есть самый первый из альфачей, но он не имеет никакого права пользоваться своим былым статусом. Точнее, статусом тех, кто был рядом с ним, когда это всё начиналось. Учитывая, что из всего статуса и величия у него осталось только его имя. Он никогда не воевал. Никогда ни в чем не участвовал. Никогда не решал никаких проблем столицы и её скрытых кланов на самых верхах, как это и положено члену Совета Альф. Просто, он всегда оставался в стороне от всех баталий и проблем, гребя все дотации и привилегии от государства, а также нарывая компроматы на своих лучших друзей, делая их своими должниками и просто врагами. Так и остался в живых. Крыса. И он один из первых. Твою мать! Это и есть проблема! Потому что уважение к таким, как он, к Альфам первой крови – прописано у нас в ДНК. Мы должны приклонять голову к таким ничтожествам, как он. А я не хочу, и меня это ломает.
- Я знаю, что мой отец был что-то должен тебе, как и многие другие, - с силой сжимаю кулаки, еле сдерживаясь, - и что по правилам клана ты можешь предъявить его выкуп долга в любой момент, - недовольно киваю головой, скалясь. Эта мразь выводит меня на эмоции. Замечаю, как его старшая дочь блаженно пялится на меня в этот самый момент, закусив губу. Блядь! Когда-то меня это не на шутку заводило! Ещё буквально месяц назад! И видеть подобное преклонение в глазах такой овечки – просто блаженство. Но не сейчас. Сейчас это обещание – проблема. Мой поступок – проблема. Эта вся ситуация – проблема.
Несколько месяцев назад я был удручен потерей родителей, впрочем, как и Денис. Я безбожно пил в баре, подцепил одну мадам, которой оказалась одна из дочерей Важного. Меня вызвали в его офис. Я не привык юлить и всегда отвечаю за свои слова. И я не трус. В тот вечер Важный предложил сделку.
Тогда эта идея казалось просто замечательной, и мы ничем не рискуем. Долг погашен, бизнес отца сохранен. Не понимаю, как этот старый урод подложил своих тупых дочерей под нас, посчитав, что именно это возместит долг нашего отца. Этот вялый хер явно надеялся, что его девки неотразимы. Наверное, так и есть. Они довольно привлекательны, сексуальны. Честно признаться, я был вполне доволен таким развитием событий, что не пришлось искупать долг отца перед самим Советом, что тогда казалось нереальным. И только будучи здесь я понял, что все это время был будто опьянён. Что все мои желания и эмоции к одной из его дочерей не стоят и ломаного гроша, потому что иллюзия симпатии – лишь хорошо проработанный план. И скорее всего – самого Важного. Всё было как во сне, не по-настоящему. Мы обсуждали это с братом тогда, когда встретили Филиппову среднюю. Она ворвалась к нам в лифт в тот самый момент, когда я был полностью удручен сложившейся ситуацией. Мне пришлось начинать всё с нуля, переехав в столицу, как и Дэну. Мы вступили в акционеры крупного строительного холдинга, чтобы хоть как-то держать наплаву бизнес отца и его имя, вложив последние средства, выкупив долю акций холдинга. Благо, нас поддержали друзья. А теперь мы все расхлебываем наше опрометчивое решение. Конкурировать с самим Важным – последнее, на что бы я решился без поддержки друзей. Василий Важнов, он же – Важный, думал, что мы прогорим в первый же месяц. Но команда и сотрудники этой небольшой фирмы в захолустье действительно оказались профессионалами своего дела, которым просто нужно было помочь найти заказчиков. И теперь я знаю точно, что мы все поступили правильно. Нисколько не жалею о выборе, который мы все сделали.