В столице несколько десятилетий назад на них вообще объявили негласную охоту. В девяностые легко было скрыть причину исчезновения нескольких сотен девушек. Правда, парных не трогали. Потому что не всякая омега подойдет Альфе. Тут срабатывает что-то ещё. Что-то, что не в силах объяснить никто. Сама природа. И когда тебе уже почти пятьдесят, а за всю жизнь ты встречаешь одних вот таких пустышек, как дочки этого самого Важного – перестаёшь вообще верить в истинность, даже когда есть пример перед глазами. Самый настоящий – наши родители. Брат верил всегда, но никогда не отказывался от того, что ему открыто предлагали.
- Ага! – щурюсь. - Но это долг моего отца, - продолжаю разговор с Вялым, - не мой и не моего брата! – отвечаю вполне твёрдо, как и положено настоящему Альфе. Морщусь при взгляде с его дочерями. Ни одна из них не в силах устоять перед моей силой, и сейчас это вызывает лишь смешанные чувства жалости и раздражения.
- Да, - соглашается эта гнида, прескверно улыбаясь. - Но твой отец сдох в сточной канаве, - перебирает в руках он свою трость из дорогущего вяза с темным набалдашником в виде волка, - так же как и твоя шлюха-мать!
Ну, всё, товарищи! Ему пиздец! Щелкаю шеей, готовый сорваться и оторвать тупую башку этому вонючему уроду. Пора уже это сделать, и плевать на то, что будет!
- Всеми уважаемый Морозов старший почил у себя в постели! А через день к нему присоединилась мать моего лучшего друга, что оставило неизгладимый след и в моей душе! Потому что чище и добродушней женщины я ещё не встречал! – неожиданно встревает в наш разговор Медведев старший. А твердая рука моего младшего брата уверенно удерживает меня, не давая мне сорваться. Порвал! Порвал бы в клочья эту падаль, невзирая на дальнейший суд высших кланов Совета. – Это было совсем не в канаве, как ты выразился, Вялый! И тебе это прекрасно известно!
Сдавленный и унижающий достоинство Высшего смех моих друзей дает понять, что я не один. Что у меня есть поддержка, по крайней мере, в четырех кланах - точно. И плевать, если Совет не поддержит. Мне достаточно и этого. Ну лишат меня титула, привилегий, расплачусь кровью за унижение Высшего в нескольких боях суда присяжных, зато буду свободен! Я выиграю! Я знаю! И это знает сам Важный, поэтому не сразу реагирует на унижение со стороны ребят.
- Вы ещё не совсем понимаете, с кем именно столкнулись, - возит тростью впереди себя Важнов. Не понимаю, это сделано для того, чтобы всех нас сбить с толку или он на самом деле почти что ослеп. Приглядываюсь. Принюхиваюсь. Не понимаю всё равно. – Но вскоре вас всех постигнет прискорбная участь за неуважение Высшего из Совета. И расплата за неуплату долга вашего отца.
- Совет давно пора перевыбрать! – встревает Павел Пчелкин. – Это вы не понимаете, что уже давным-давно пришла другая Эра. Совет должны возглавлять те, кто следит за обществом, людьми и нами. В нём должны быть не только Альфы. Люди тоже должны знать, что происходит с миром вокруг! С нами! Иначе – не выжить. Никому…
- Не ты ли хочешь возглавить его, Пчёл? – ехидно спрашивает Важный.
- Боже упаси! – присоединяется к нам Семен Пчелов. – Нахер надо ему такое счастье! Мы лишь говорим от лица тех, кого достали ваши пережитки прошлого, ваши деспотичные правила и порядки! Посмотрите, на кого вы все похожи, - щурится друг, будто учуял дерьмо у самого носа. - Опустились до самой настоящей охоты на омег! Они все сгинули в небытие! Из-за вас! И из-за Вас мы сейчас находимся в таком плачевном положении!
- Сёма прав! Мы не можем искать своих Омег по всему свету! Они не должны прятаться по закоулкам от таких, как мы! Так не должно быть! Ни с одним из нас! Пора всё менять, что-то предпринять в их защиту! Все должны взаимодействовать! И люди, и мы, - поддерживает ребят мой брат. – Потому что без истинных омег мы все сдохнем! У нас не будет продолжения крови, о которой вы все так печетесь! Не так ли, господин Важнов?!
Молчание, только тяжелое сопение со всех сторон давит на уши.