А я не могу понять, что происходит, и что все же случилось.
- Дим, я тоже поеду! – цедит сквозь зубы Денис, наконец, поворачиваясь к нам. Молчание. Еле заметный кивок от Дмитрия Александровича, и он поднимается с кровати. Тишина начинает раздражать, а никто из них не собирается говорить и слова. Это начинает раздражать, честное слово!
- Почему вы не берете меня с собой? – задаю очередной вопрос, в желании, чтобы меня, наконец, просветили.
- Нужно уладить некоторые… эм, проблемы, малыш, - подходит к нам Денис, ободряюще обнимая меня за плечи.
- Какие? – спрашиваю у него, еле сдерживаясь, чтобы не дать ему затрещину, дабы быстрее соображал.
Эти двое снова переглядываются, игнорируя меня. Бесит! Точнее, бесят! Суживаю свои глаза, впиваясь в него своим уничтожающим взглядом.
- Ребята скоро привезут Светлану и Марию. И наших друзей, которые присмотрят за вами, пока нас не будет, - говорит он, будто бы это должно мне все прояснить. Молчу, переваривая информацию, стараясь успокоиться.
Так! Кажется, начинаю что-то соображать…
- А Катьку? – нервно спрашиваю, беспокоясь, что не назвали мою старшую сестру. А эти альфачи снова молча переглядываются между собой, не говоря ни слова и пряча от меня свои серые блядские глазюки. Тут явно что-то не то! - Катька где? – снова начинаю злиться я, требуя ответа. Опять молчание, которое ужасно давит на мои мозги. – Где? Она? – с трудом выдавливаю каждое слово из себя.
Дмитрий Александрович хватает свою футболку и джинсы со стула, направляясь в душ, продолжая меня игнорировать, оставив пояснять очевидный ответ своему младшему брату.
- Снегур… - начинает говорить Денис, разворачивая меня к себе, обнимая огромными ручищами.
- Если ты мне сейчас же не скажешь, что случилось… - перебиваю его.
- Пчела ранили, - признается мужчина, опустив голову, - он в больнице. Нужна наша помощь.
- Так… - стараюсь трезво осмыслить случившееся. - А Катя? – смотрю ему в глаза, ожидая услышать ужасную для меня новость.
Молчит. О, Боже мой! Почему? Почему всегда так!? Это все оттого, что я была счастлива аж целых минут двадцать? Неужели судьба меня так ненавидит, что решила подарить мне кусочек счастья в виде двух мужчин, и тут же отобрать его только уже в виде моей сестры?
- Малыш, скоро Новый Год, ты же помнишь? – ободряюще улыбается мне Денис. А я ничего не понимаю и хмурюсь в ответ. Слезы начинают жечь глаза, и я часто моргаю, прогоняя их. – А как же чудеса? Ты в них больше не веришь? – берет он меня за подбородок и целует в губы. Нежно. Легко. Невесомо. Как летний ветерок. – Я ведь – Мороз! Забыла? – говорит он, щекоча меня своим носом о скулу. - И со мной ещё один такой же! И я обещаю, что мы привезем твою сестру, моя сладкая Снегурочка!
- Она… - не могу говорить, глухо глотая слёзы. – Её…
- Насколько нам известно, она точно жива, - произносит он, вытирая мои слёзы, что рекой катятся по моим щекам.
- Где она? – спрашиваю у него, шмыгая носом.
- Это нам и предстоит выяснить, - отвечает мне Морозов младший.
- Её похитили? – уточняю у него. Мужчина кивает. – Важный?
- Не известно, - произносит Денис. Хмыкаю. Там на лице всё написано. Он уверен, что это тот самый тощий дядька, что был в кафе со своими дочками. Но для чего ему это все? Зачем?
- Ты сам не веришь в то, что говоришь! Ты же знаешь, что это он! – возмущаюсь от бессилия.
- Вот видишь, привязка работает! – улыбается он мне. – Ты уже чувствуешь мои эмоции и можешь читать мои мысли.
- Твоё лицо говорит само за себя! Тут и читать ничего не нужно! – подскакиваю с места, направляясь в душ.
- Куда-то собралась? – преграждает мне путь зашедший в дверь Дмитрий Александрович, а я бьюсь о его грудь носом, потому что тот слишком быстро встал передо мной. Автоматически обхватываю его руками. Мужчина нежно обнимает меня, успокаивая. Он не знает, что еще мне сказать, как утешить и что сделать. Я чувствую его нервозность и переживания. Он волнуется. Но не за себя, Пчела или мою сестру. За меня. Его волосы влажные, а тело пышет жаром. Он наклоняется ниже, трется носом о мою щеку и целует в губы. Он хочет отвлечь меня от удручающих мыслей, соблазняя. – М?