Одна мысль пульсирует в голове – БЕЖАТЬ!
Слава Богу!
Лифт издаёт сигнал, что мы прибыли, и я, наконец, выхожу из забитого тестостероном ящика. На мне надеты тёмные джинсы в облипку, трикотажный белый топ и темно-синий пиджак с рукавами три четверти. Сама красота, честное слово! Готовилась ведь к сегодняшнему собранию, выступать же буду. Уверенно выпрямляю спину, придавая тем самым себе сил, и целенаправленно иду мимо секретарши Борисыча прямиком к нему в кабинет.
- Ань! – орёт та, вставая грудью пятого размера на амбразуру между мной и дверью начальника. – Он занят, к нему нельзя!
- Даш, - спокойно отвечаю, дергая её за руку в сторону, - подержи, родимая! – пихаю ей свою куртку и открываю массивную дубовую дверь.
- Филимонова! – шикает на меня Андрей Борисович, подскакивая со стула и краснея, как бурак. – Ты совсем охуела?! – шипит, как змея мой шеф. - У меня встреча с начальством через пятнадцать минут! Я готовлюсь!
Он привык вести себя, словно он – настоящий Альфа и все ему вокруг должны. Но он всего лишь случайный и незапланированный сын такого вот самца. Поэтому для меня, он самый обычный мужик со слишком раздутым самомнением и прущим из одного места Эго! И нечего тут строить из себя невесть кого!
Андрей Борисович
- Опять – двадцать пять! – взмахиваю руками. - Не нервничайте так, Андрей Борисович! А то инсульт прихватит! Я не задержу вас надолго. Пяти минут вполне хватит, - отзываюсь. – Проходите, - вжимаюсь в косяк, завидев тех двоих из лифта, что ехали вместе со мной, пропуская их в кабинет к шефу. Они, похоже, тоже по его душу прибыли. Надо бы поскорее разобраться с Яйцом и валить готовиться к совещанию. Те проходят мимо меня, такие огромные красивые и широкие, что дух захватывает. Вон, вижу, как Дашка уже поплыла, поправляя свою кофточку на груди, глядя на этих амбалов. Нужно было отойти вообще, потому что места им явно маловато будет, чтобы протиснуться внутрь кабинета Андрея Борисовича. Один из них нечаянно задевает мою грудь предплечьем, а другой касается моего бедра, проведя тыльной стороной ладони прямо костяшками пальцев по моей ляжке. Задерживаю дыхание от переизбытка эмоций и непонятных ощущений, что бушуют внутри меня. Не нравятся они мне, пусть и красавчики. Но это совсем не значит, что им всё можно! Они не у себя в столице, в конце концов!
- Ч-чёрт! – поправляет свой пиджак Андрей Борисович, махая мне рукой, чтоб валила отсюда. Вонючий хер ему по всей наглой морде! - Здравствуйте, уважаемые! Вы рано, но я вас уже давно жду! – стелется наш шеф перед этими двумя, которые уже усаживаются на стулья в пол-оборота, наблюдая за мной, в смысле, за нами. – Всё потом, Филимонова! – говорит лысая башка, пытаясь выпихнуть меня из кабинета и закрыть дверь перед моей мордой.
- Не-не, Андрей Борисович, или сейчас, или устраиваю скандал перед вашими гостями, - нагло ставлю ультиматум, указывая на мужчин позади начальника.
- Всё, что хочешь подпишу, - шепчет мне Яйцо, - только вали к себе сейчас же и тащи отчёты!
- Да-аша-а! – ору я. – Быстро дай на подпись Андрею Борисовичу приказ о том, что он гарантирует места всем рабочим нашей компании при новом руководстве. И пусть там распишутся наши новые акционеры, все до единого! – целенаправленно говорю очень громко и во весь свой скрипучий надрывный голосок, чтобы слышали все в округе. – Иначе никто не предоставит отчет на сегодняшнее собрание!
- Твою мать, Филимонова, не подставляй, молю! – нервно шипит Борисыч, брызжа слюнями. – Всё подпишу, клянусь! – снова пытается выпихнуть он меня за дверь. А я цепляюсь руками за косяк и упираюсь ногами. Ещё чуть-чуть и буду отбиваться от шефа кулаками. А эти двое уже открыто ржут над нами, прикрывая ладонями свои лица. Вижу, как подёргиваются их плечи, выдавая их с потрохами. Смешно им?! Нет бы, чтобы вмешаться в такую жизненно-важную баталию своих же сотрудников, они сидят и открыто ржут! Коз-злы!
- Поклянитесь! - щурюсь, глядя на начальника, что на голову выше меня. Замечаю тёмные круги под его глазами, и исчерченное морщинами лицо, которых я раньше и не видела. Вру же ж! Видела, конечно, но до этого момента так явно они не выделялись. Жалко стало его, не спал всю ночь небось, репетируя свою речь перед новыми столичными гостями, но я не отступлю! Я тоже не спала! И я обещала Светке со всем разобраться. А она, между прочим, одна воспитывает маленького сынишку, ей нельзя терять работу. Нам всем нельзя! Кто хотел, давно уже ушёл. А мы приросли к этому месту и своему родному стулу.