Это пугало и заводило одновременно.
Брюнет смотрел на неё холодными глазами, уводя за собой.
Её ноги почему-то начали трястись.
"Нечего же бояться, — уговаривала себя Микаса, — я же не в тёмном переулке и не в замке Дракулы! В любом случае, я всегда могу закричать, и мне придут на помощь". Мысли казались глупыми: действительно, что может случиться?
Ноги упорно тряслись, однако покорно двигали тело вслед за черноволосым актёром, взгляд которого пронзал насквозь. Он привёл её в какой-то узкий проём, за которым, казалось, ждёт невиданная Нарния. Но это был небольшой чулан, куда едва могли уместиться два человека.
"Стой! Беги!" — продолжало кричать благоразумие. Но Микаса его не слушала: её безудержно манило за ним. Как будто это была невиданная потусторонняя сила.
Брюнет пропустил её чуть впереди себя и резким движением захлопнул за ними дверь, погрузив в кромешную темноту.
Сердце начало набирать обороты. Вместе с ногами начало дрожать всё тело. Что-то уговаривало её хотя бы закричать или оказать сопротивление, или сделать хоть что-нибудь. Ведь это определённо не по плану: она вместе с каким-то мужчиной в тесном тёмном помещении. Что скажет Эрен?
Эрен.
Мысли о нём вновь вернулись в голову. Она не должна находиться в такой опасной близости с другим мужчиной. Это может быть опасно: он причинит вред. Или нет?
Нет. Она ведь...
Микаса боялась себе в этом признаться. Сердце начинало биться ещё быстрее. Неужели она хочет? Хочет, чтобы прямо сейчас прямо здесь что-то произошло?
Быть такого не может! Это не правильно!
Так. Не. Должно. Быть.
Нет!
Что могло произойти дальше в этой каморке, было неизвестно, но внутренние инстинкты упорно шептали о чём-то запретном и невероятно приятном. А некоторая наивность всё ещё надеялась, что это часть представления, и сейчас она узнает что-то, что останется секретом для других зрителей.
Актёр всё ещё нежно держал руку Микасы. Сердце уже стучало с такой скоростью, что, казалось, ещё немного, и выскочит из груди. Актёр ласково гладил тонкие пальцы и хрупкую ладонь, и однозначное желание получить поцелуй от незнакомца накрыло с головой.
Чёрт! Нельзя! Это неправильно!
Микаса отчаянно сопротивлялась.
Незнакомец продолжал с упоением прикасаться к ладони своими пальцами. Он как будто проверял реакцию Микасы, прощупывал почву. А она, несмотря на нарастающую дрожь, не сопротивлялась. Лишь наблюдала за его дальнейшими действиями.
Он нежно и осторожно поднёс ладонь к своей щеке и, словно в дурмане, ласково поцеловал бархатную кожу. В этот момент по телу прошёлся электрический разряд, заставляя живот и плечи легонько вздрогнуть. В голове упорно стоял образ Эрена, и за это Микаса начинала его ненавидеть. Ненавидеть за то, что сейчас не может позволить себе столь желанное удовольствие. Из-за него не может расслабиться. Из-за него вынуждена отказывать. И какое-то отчаяние пронзило позвоночник и сознание.
Такого шанса больше не будет. Это единственная возможность. К чёрту Эрена! К чёрту всё!
Рука Микасы двигалась будто сама. Своими тонкими пальцами она, едва касаясь, прошлась за ухом незнакомца, вызывая в нём лёгкую дрожь, заводившую ещё больше. На этом моменте любые мысли об Эрене окончательно заткнулись и спрятались в дальний тёмный угол. Такой же тёмный, как эта каморка.
Невозможно было отказаться от удовольствия, которое внезапно обрушилось на голову.
Находясь будто на одной волне, Микаса продолжила гладить мужчину по щеке, затем спустилась по шее к мускулистой груди. Боясь сделать что-то не так, она едва-едва касалась его, стараясь максимально прочувствовать тело кончиками пальцев. Оно слегка дрожало от гуляющих мурашек. Она слышала тяжёлое дыхание, которое горячей волной касалось её кожи. Это дыхание возбуждало и поднимало на поверхность все животные инстинкты, которые томились где-то внутри. В один момент Микаса осознала, что их поцелуй — вопрос пары минут, когда незнакомец наконец сделает последний шаг и сорвёт с неё мешающую маску чумного доктора.
Возбуждение было настолько сильным, что оно заткнуло все голоса, которые кричали о разумности, о целомудрии, о скромности, и ещё о куче других вещей, о которых она могла думать в этот момент. Однако в голове была тишина. И только нарастающее желание, требующее удовлетворения. Чистый кайф без примесей.
Микаса ласково водила рукой по рельефным мышцам незнакомца, который стоял перед ней, тяжело дыша. Его сильные руки медленно опустились на её талию и, резко приподняв, припечатали к стене. От этого движения бельё Микасы промокло окончательно.