— Да. — Чуть повернув голову, она поцеловала его в большую ладонь. — Да, мне бы очень этого хотелось.
— Спасибо, миледи. — Лок подхватил её на руки и понес обратно на кровать.
Кэт положила голову на его плечо, закрыла глаза, пытаясь забыть боль и унижение, которые ей пришлось пережить. Она до сих пор видела перед собой насмешливую ухмылку Дипа, слышала, как он повторяет: «Ничего. Я ничего не чувствую к тебе».
Хотелось бы ей сказать то же самое о нем.
Глава 27
Дип не пошел в зону несвязанных самцов. На самом деле он еле добрался до комнаты, которую делил с Локом. Едва войдя, он соскользнул вниз по стене и сел, подтянув колени к груди.
«Она ненавидит меня сейчас. Точно и без сомнений. Ненавидит меня. Что ж, именно этого он и хотел. Разве нет?»
Отвращение к себе накатило на него волнами, подобно тошноте, пока он не понял, что его сейчас стошнит. С трудом поднявшись на ноги, он добрался до ванной как раз вовремя, чтобы содержимое его желудка вышло наружу.
После плеснул себе в лицо водой из раковины и энергично вытер полотенцем щеки и рот. Смотря на свое отражение, он видел опустошенного мужчину, которому нечего терять. Нечего терять, потому что он только что выбросил самое дорогое из своей жизни. Выбросил, как кусок мусора, чтобы он лежал и гнил на свалке.
«Я убил это, — громко сказал он ненавистному лицу в зеркале. — Всё, что она ко мне чувствовала, умерло сегодня».
Но это к лучшему — всё как должно было быть. Закрыв глаза, он снова вспомнил момент паники, которую испытал, когда она упала в обморок во время их занятия любовью. «Я бы причинил ей боль. Это означало бы её смерть — так же, как произошло с Мирандой. Ей будет лучше без меня. Лучше вместе с Локом».
Да, так было правильно. Истинная суть дела. Дип знал, что не заслуживает любви такой красивой, умной и элитной женщины. А Лок заслуживал. И Лок позаботится о ней и защитит от самых свирепых опасностей. Он единственный, кто нужен ей. Но сейчас?
«Я знаю выход». Дип погрузился в изучение чертежей орудия пыток Скраджей, именуемого ментальным клинком. Он начал изучать его ещё, когда забрал боль Кэт. Когда впервые решил использовать его, Дип намеревался просто разорвать их связь с Локом с Кэт раз и навсегда. Но после прочтения всех технических характеристик у него в голове созрел другой план.
«Прости меня, малышка Кэт, — думал он, в последний раз вытирая лицо и направляясь в спальню, чтобы продолжить изучение чертежей. — Прости меня за причиненную боль, но вот увидишь — это будет лучше для тебя в конечном итоге. Я обещаю, так и будет».
Кэт снился сон. По крайней мере, она так думала — ей казалось, что она парила в пустом помещении.
«Где я? — думала она, озираясь по сторонам. Комната выглядела знакомой: большой кожаный диван, рассчитанный на троих, уютный камин, картины на стене с изображением мира с золотым океаном… — Комната Дипа и Лока, — подумала она. — Но что я тут делаю?»
Её сомнения рассеялись, как только вошел Дип и сел за стол в углу комнаты. Открыв шкаф, он вытащил длинную трубу и развернул её, чтобы сформировать персональный планшет памяти. Кэт с интересом смотрела на то, как жидкие черные кристаллы стали оживать и принимать форму. Что он делает? Темный близнец не был похож на интроспективный тип людей — мысль о том, что он ведет дневник сильно её удивила. И не все сюрпризы были приятными.
Дип оглянулся через плечо, почти уверенный в том, что чувствовал чей-то взгляд. Удостоверившись в своем одиночестве, склонился над планшетом.
— Включить память пять-два-шесть. Воспроизведение без остановки. Не позволять никому прерывать, — пробормотал он.
Раздался тихий щелчок, а затем экран дисплея значительно увеличился по мере того, как кристаллы расширялись. К моменту начала воспоминания изображение было достаточно большим, чтобы Кэт смогла его видеть с другого конца комнаты.
Воспоминание было похоже на сцену, снятую старомодной камерой. Изображение было ясным и словно переданное глазами Дипа, потому что Лок шел прямо рядом с ним и они тихо переговаривались. Они прогуливались по чистому белому тротуару вдоль ряда ухоженных домов.
Насколько Кэт могла судить, этот городок мог находиться в Америке. Дома принадлежали людям выше среднего класса. На подъездных дорожках стояли автомобили класса люкс и минивэны, а лужайки были зелеными и ухоженными. Все домики выглядели тихими и мирными… за исключением одного в конце квартала.
Это был белый двухэтажный дом с зеленой пряничной отделкой и такой же зеленой дверью. На подъездной дорожке, посыпанной гравием, стояли машины скорой помощи. Люди в униформе толпились на аккуратно подстриженной лужайке.