Я цокнул языком, когда холодная правда ударила меня по лицу. Были ли они ее врагами? Джейса избивали буквально часами, и он все равно не сказал ни слова, хотя легко мог бы. Ни один из них не сделал ей ничего плохого. Они держали ее подальше от Пасифик-Пойнт и от своих банд. Но как далеко они могли зайти? Потому что это закончится, и в какой-то момент им придется выбирать.
Мне потребовалось все мое мужество, чтобы отступить, вместо того чтобы выдернуть их обоих из ее постели. При виде Джейса, обнимающего ее так, как хотел я, тяжесть сдавила мне грудь. Но я не желал будить девушку. У нее была чертовски долгая ночь. И я считал, что Джейс заслужил небольшую передышку после того, что случилось. Они могли бы поспать еще немного. Но я был чертовски уверен, что это не станет обычным делом.
Обогнув невысокий прилавок, я прошел на ее кухню и открыл шкаф, роясь в нем, пока не нашел свою текилу. Я открутил крышку и сделал большой глоток прямо из бутылки. Алкоголь согрел мою грудь, и у меня зачесались руки закурить сигарету, но я не хотел спускаться вниз и выходить на улицу.
— День пьянства?
Я резко поднял голову и увидел Кайена по другую сторону стойки. Его волосы были в беспорядке, и он протер заспанные глаза, прежде чем устроиться на барном стуле. Я крепче сжал стеклянную бутылку. Мне не понравилось, насколько непринужденно он себя вел. Как будто находиться в комнате Ринн было самой обычной вещью в мире.
— Прости, разбудил? — спросил я, с насмешкой в голосе.
— Я услышал тебя в ту же секунду, как открылась дверь.
Ринн говорила, что он чутко спит, и на долю секунды я даже почувствовал облегчение. А что, если бы на моем месте был кто-то другой? Кайен услышал бы угрозу раньше нее. Он снова заговорил, вырывая меня из раздумий:
— Джейс рассказал мне, что вы подрались, — его пристальный взгляд скользнул по мне. — На тебе ни царапины.
Его слова не были новостью, так как Ринн написала мне, что именно драка между нами послужила объяснением для травм Джейса. Я надеялся, что Пратт тоже в это поверил, потому что нам не нужно было вызывать подозрения у Апостолов.
— А чего ты ожидал? — я бросил ему самодовольный взгляд. — Считай это предупреждением — не лезь ко мне.
Кайен выгнул бровь.
— Если ты победил его, тогда почему именно он сейчас в постели с Ринн?
Моя ухмылка мгновенно исчезла.
— У меня были дела.
— Я не знаю, что произошло прошлой ночью, но что-то изменилось, — пробормотал он, бросив взгляд в сторону спальни. — Она рассказала нам о своем брате.
Мое сердце екнуло. Ринн ни за что не выдала бы свои секреты.
— А что насчет ее брата?
— Что он — причина, по которой она ненавидит Гримроуз и Апостолов.
Блядь. Какого черта она призналась в этом? Я сделал еще один глоток из бутылки, пытаясь сохранять спокойствие. Я знал, что спасение Джейса аукнется мне. Теперь она верит, что он дорожит ею. Достаточно, чтобы по-настоящему говорить с ним о важных вещах.
— Что ты здесь делаешь? — процедил я сквозь зубы.
— Я хотел поговорить с Ринн…
— Я не имею в виду, зачем ты пришел сюда сегодня, — перебил я. — Мне интересно, зачем ты вообще к ней лезешь. Почему ты, блядь, поцеловал ее вчера вечером? Чтобы присматривать за ней для своей банды? Или потому, что ты хочешь ее?
Он уставился на меня, его глаза потемнели от подозрения.
— То, что я хочу от нее, не твое дело.
Я хихикнул.
— Попробуй еще раз. Она — мое дело. Я никуда не уйду.
— Я хочу ее с тех пор, как встретил три года назад, — заявил он, опершись локтями о стойку. — Это не изменилось.
— Кого бы ты выбрал? — тихо пробормотал я. — Своего отца или ее?
— Я держу ее подальше от этого.
— Уже нет, — возразил я. — Невозможно держать ее в стороне. Рано или поздно Хейс захочет убрать ее с дороги. И я хочу знать: ты сдашь ее ему или пойдешь против своей семьи, чтобы защитить?
Его ответ был мгновенным:
— Я не позволю ей пострадать.
— Недостаточно хорошо.
— Я тебе ничего не должен, — выплюнул он, вставая с барного стула. — Она не твоя девушка. И она поцеловала меня в ответ прошлой ночью.
— Я готов на все, чтобы сохранить ей жизнь. Джейс понял это вчера вечером, — при моих словах на его лице промелькнуло любопытство. — Я убью ради нее. Неважно, кто это будет.
— Ты весь год мне угрожаешь, — он потянулся через стойку и схватил мою текилу. — Через какое-то время это перестает действовать.