– Остались. Анатолий Сергеевич, почему вы не предупредили персонал, что я увольняюсь?
– А надо? – рыкает с колючим льдом в голосе. Но и я с ним разговариваю сугубо деловым тоном.
– Конечно! Мне нужно будет передать дела преемнику. По себе знаю, как тяжело с нуля начать работать на новом месте. Вы уже подали заявку в отдел кадров?
– Подам. У вас все?
Мда, не настроен на конструктивный диалог Анатолий Сергеевич.
– Почти. Хочу предупредить, что о нас с вами в клинике ходят слухи. Удивительно, что не о Любочке с вами, а обо мне. Я, естественно, все отрицаю, но вы, пожалуйста, будьте осторожны.
– Я сам знаю что мне делать. Идите работайте, Кристина Владимировна.
– Как скажете, Анатолий Сергеевич.
Агния, как верный пес, поджидает за дверью.
– Ну что?
– Понятия не имею, – развожу руками. – Спросила подал ли заявку в отдел кадров, чтобы замену мне найти, ничего не сказал. Что–то без настроения он сегодня.
– Ой, я его таким еще не видела. Взгляд, заметила, у него какой? Может, дома что…
– Я тоже подумала, что дома.
Надеюсь, это не наша с Толиком связь вылезла наружу его женушке? Докажи потом, что это было в прошлом.
Хотя мне–то чего бояться? Это вон Любочка пусть трепещет.
Следующие несколько дней проходят без изменений. Мы с Калининым не пересекаемся, что меня безумно радует. Но и насчет преемника тишина, что огорчает, но в конце концов, это же не моя проблема. Доработаю срок и спокойно уйду.
Потихоньку дописываю отчеты, предупреждаю пациентов, что в дальнейшем они будут наблюдаться у другого врача. Куда ухожу я? Пока не знаю.
Обзваниваю другие клиники, но все как будто сговорились – свободных вакансий нет, если будут – обязательно позвонят. Может и к лучшему? Отдохну немного. В конце концов, у меня есть и вторая работа – в городской поликлинике. Зарплата в разы меньше, спроса больше, но это все равно работа, опыт, практика.
В пятницу все же иду в отдел кадров узнать когда подписывать обходной лист.
– Какой обходной лист? – таращит на меня глаза сквозь стекла очков Галина Ивановна, наш кадровик, приятная полненькая дама около пятидесяти лет с черными–пречерными бровями–дугами и орлиным носом, отчего напоминает кавказскую женщину.
– Ну как же, я заявление об увольнении Калинину отдала еще в начале недели.
– Не было никакого заявления. А ты увольняешься?
– Да. Еще неделю по ТК отработаю и все.
Галина Ивановна распереживалась, зарылась в бумаги на столе, в столе, в шкафу, подняла папки с архивами.
– Не, ну я же не сошла с ума и на память не жалуюсь еще. Не было твоего заявления, Кристинка. И Анатолий Сергеевич ничего не сказал, когда я к нему за подписями ходила.
– И он не давал распоряжения искать мне замену?
– Нет.
– Странно. Пойду к нему, спрошу сама.
– А он на больничном.
– О как. И давно?
– Как раз перед твоим приходом звонил.
То–то я с утра его машину на стоянке не видела. Надо было вчера к Галине Ивановне наведаться.
– И что мне теперь делать?
– Позвони ему?
Вот звонить совсем не хочется. Даже по работе.
– А может вы сами, Галиночка Ивановна? – строю умоляющие глазки этой доброй женщине.
– Ладно, я сама.
Галина Ивановна набирает Калинина. В тишине кабинета слышу долгие гудки из динамика ее телефона.
– Не берет. Сейчас я его жене позвоню.
О–ёй.
Но почему бы и нет.
Галина Ивановна находит в списке контактов нужный номер, звонит. Гудков немного.
– Алло? – раздается спокойный женский голос.
– Анастасия Вячеславна, добрый день, это Хорошева из клиники…
– Слушаю вас, Галина Ивановна.
– Извините, что беспокою, просто я не могу дозвониться до Анатолия Сергеевича.
– Что вы хотите?
– Видите ли, у нас увольняется одна сотрудница, Кристина Шелест, – Галина Ивановна выразительно смотрит на меня, я киваю. – Так вот, Кристина говорит, что заявление отдала Анатолию Сергеевичу еще в начале недели, а я его в глаза не видела, заявление это. Мне же надо замену ей найти, приказ подготовить…
– Минуту.
Практически не дыша Галина Ивановна ждет ответа, свободной рукой тихо постукивая кончиком ручки по столу. В трубке тишина.
– Галина Ивановна? – спустя паузу слышим жену завклиникой. – Муж говорит, что заявления в глаза не видел, об увольнении Шелест впервые слышит.
– И что же делать? – кадровик растеряно смотрит на меня. Я на нее с удивлением. Что за новости? Калинин с ума сошел?
– Попросите сотрудницу временно отложить увольнение.
Нет! – машу головой.
– А если она не захочет?
– Сделайте так, чтобы захотела, – отрезает Калинина и отключается.