– И когда свадьба?
– Решили не торопиться, – загадочно улыбается Дашка. – Через месяц.
– Через месяц – это решили не торопиться? – недоумеваю и ищу подтверждение на лице присутствующих. – Я думала, под это определение попадает месяцев пять–шесть.
– В моем положении, – Дарья кладет руку на животик, – расписать нас могут хоть завтра, но Рома хочет большой праздник. В ресторане.
– Класс! Дай угадаю – в «Орхидее»?
– Ну конечно, – удивляется Алена Дмитриевна и подливает мне вина, – у зятя собственный ресторан, а мы в другой, что ли, пойдем?
– И ты свидетельница, – ставит перед фактом Денисова. – Ты обещала, помнишь?
– Помню. Я только за. А кто свидетель?
– Мы еще не знаем.
– Кристина, а ты замужем? – неожиданно спрашивает Алена Дмитриевна, очевидно решив, что наливочка уже должна подействовать и развязать язык.
– Нет.
– А мужчина хотя бы есть?
– Нет. Вместо мужчины у меня есть две работы, – пытаюсь переключить ее внимание в другую сторону.
– Слушай, – Дашина свекровь косится на нее, явно что–то задумав, – есть у меня на примете один холостой кандидат... Ему бы женщину, да чтоб в ежовых руках его держала…
– Алена Дмитриевна! – таращит на нее глазищи Даша. – Это кого, интересно, вы Кристинке сватаете? Уж не Шурика ли?
– А почему бы и нет? Нормальный же мужик. В горящую хату, вон, бросился, не раздумывая…
– Крис, Алена Дмитриевна шутит, Шурик вообще не то, что тебе нужно.
– Почему? – реакция Даши удивила.
– Он запойный. Оно тебе надо?
– Ну что ты за Кристину решаешь, Дашенька. Пусть познакомятся, а вдруг… Ведь и парня жалко, пропадает один, и подруга твоя одинокая.
– Не–не–не, Алена Дмитриевна, пьющие не мой идеал, – смеясь, машу на нее руками, – я уж как–нибудь сама.
– Ну, мое дело предложить… А то, может, сходишь, пироги соседу отнесешь, присмотришься? – и во взгляде столько надежды, что у меня даже мелькает мысль что может и правда отнести пирожки загадочному соседу – любителю выпить. Нет–нет! Не надо мне такого счастья.
– Пойдемте лучше в сад, – выручает всех Дашка. – Я обещала Кристине вашими розами похвастаться.
– Пойдемте. А это с собой возьмем, – Алена Дмитриевна прихватывает бутылочку, а мы бокалы. Идет впереди нас.
Саша с коробкой с роботом семенит за бабушкой, за ним неуклюже переставляет лапы Грей, мы следом.
Даша виснет у меня на руке, притормаживая.
– Крис, – понизив голос, – не вздумай поддаться на уговоры. Я про Шурика. Алена Дмитриевна поначалу меня за него сватала, сейчас вот на тебя переключилась.
– Слушай, Дашка, – также тихо парирую, – не зная тебя, я бы подумала, что ты его для себя приберегла.
– Скажешь тоже! Мне кроме моего Ромы не нужен никто.
После презентации мне розового участка уединяемся с Денисовой–будущей–Вертинской в беседке. Алена Дмитриевна осталась возиться с любимцами, щенок улегся спать на солнышке, Саша с нами рядышком – вытащил робота из коробки, изучает его со всех сторон, нажимает кнопки. Робот передвигается маленькими шажочками, машет руками, издает стреляющие звуки.
С улыбкой наблюдаю за эмоциями ребенка, делая маленькие глотки вина. Вроде понравился ему мой подарок, хоть и не такой, какой хотел ребенок, но это уже другой вопрос.
А вот маленькая девочка Ксюша ушла из супермаркета в слезах и без игрушки, потому что ее обидела ее мать. К горлу периодически подкатывает булыжник, не дает глотать. Жалко девочку.
– Кристин… – Дашка трогает меня за запястье. – Ты так странно смотришь на Сашку… У тебя что–то случилось?
– Ничего, – криво улыбаюсь, пряча за ресницами набежавшую влагу. – Сашка у тебя классный. Так вырос. Я тебе так завидую, Дашка. Тоже хочу ребенка. Девочку. Маленькую такую, беленькую, с кудряшками. Глазки синие–синие, как это небо, щечки пухленькие…
– Ты как будто говоришь о конкретном ребенке, Крис, – Даша внимательно вглядывается в мое лицо. Прячусь, отворачиваясь.
– Не, – взмахиваю рукой, – это я так, фантазирую.
Но как же ты права, подружка! Мечтая о ребенке, я представляю ту самую Ксюшу, дочь Никиты. Но Даше рассказать не могу о своих переживаниях. Не готова.
– Неужели нет никого достойного? – Даша участливо трогает мое предплечье. – Ты же у меня такая умница, красавица.
– Ай, – делаю глоток, – кобели одни попадаются. Не хочу… Ты лучше расскажи, что это у вас тут за «замечательный», – изображаю пальцами кавычки, – сосед, которого нужно в ежовых рукавицах держать?
– Да вон там, за забором, – Даша кивает в сторону розовой плантации, – мужик молодой живет, одинокий. У нас когда пожар был, он через этот забор перемахнул и в дом кинулся. В самый дым. Так страшно было…