Пока большая часть гостей отдыхала на диванах и потягивала напитки в кухне, я ушла от толпы. Я стояла между маленькими елками в горшках, которые обозначали периметр, и сжимала бокал: это немного помогало сдержать желание раскинуть руки и прыгнуть, доказав всем, что даже если ты кажешься человеком, это не так. Ты всего лишь воздух и дыхание, и радость движения, и ничего плохого не может случиться в ночном небе, потому что ветер всегда подхватит.
– Надеюсь, ты не думаешь о том, чтобы прыгнуть.
По иронии, именно об этом я и думала, практически выбираясь из кожи, когда моя рука поднялась к горлу. Мое сердце застучало с удвоенной силой, и я не знала, от неожиданности или из-за уверенного приближения этого мужчины.
Я вдохнула воздух, чтобы успокоиться, собралась и только после этого повернулась к Эвану лицом.
– Думала, – призналась я, – но не беспокойся, я не хочу покончить с собой.
– Нет, – просто ответил он, оценивающе глядя на меня. – Для этого ты слишком сильная.
– Это херня, – выпалила я автоматически, раздраженная тем, с какой легкостью он мной манипулирует. Люди говорили то же самое, когда умерла Грейси, каждое слово было словно ногтями по доске. «Ты такая сильная, ты так хорошо держишься». И это было чепухой, потому что я вообще не держалась.
Я проживала дни, словно зомби, еле заставляя себя двигаться. Дни были достаточно тяжелыми. Ночи же меня практически убивали.
Я судорожно вздохнула.
– В том, чтобы выживать, нет ничего сильного, – сказала я. – Это просто означает, что смерть в очередной раз тебя обошла.
Я моргнула, спустя секунду после того, как слова сорвались с губ, поняв, что наговорила лишнего. Дерьмо.
Я повернулась к стеклу и посмотрела вокруг. Я не повернулась, когда услышала, что он подходит ко мне, становясь у стеклянной ограды. В первый раз на моей памяти я действительно хотела, чтобы Эван Блэк ушел.
– Прости, – произнес он, его голос был глубоким и ровным, и мне нравилось, как он звучит. Но я не повернулась. Я не знала, сочувствует он моей утрате или извиняется за свои слова, мне было все равно.
– Так почему ты тут? – спросила я наконец, все еще стоя спиной к нему. – Ты пришел за мной, чтобы прочитать еще одну лекцию про парня, с которым я встречаюсь?
– Веришь или нет, я не трачу время на размышления о Кевине Уорнере.
Я повернулась, вопросительно подняв бровь.
– Нет? Потому что в кухне мне показалось, что ты точно о нем думал.
– Не о Кевине, – просто ответил он, – о тебе.
– О, – я сглотнула, мне понравилось, как он произнес эти слова. О тебе.
На мгновение между нами повисла тишина. Я не знала, что сказать. Не знала, что он хочет. Не знала, что он тут делает и что происходит между нами, да и происходит ли что-нибудь вообще. Я ждала, пока он заговорит, но он, казалось, решил затянуть молчание. Эван просто стоял, ничего не делая, но я внезапно почувствовала себя в ловушке, словно он поймал меня своим сильным и решительным взглядом.
В отчаянии я наконец выдавила из себя слова.
– Ты не прав, – сказала я наконец, глядя на свои руки, чтобы не видеть его лицо. – Я совсем не сильная.
Я подумала о том, сколько раз сегодня хотела сбежать. О том, как хотела вернуть дядю. О том, как отчаянно хотела заплакать и как старалась работать, чтобы держать горе запертым внутри.
По большей части я думала о том, что не переживу эту ночь. И неважно, насколько сильно я пыталась, в конце все равно произойдет взрыв и все, что было так тщательно спрятано, выйдет на поверхность.
– Ты сильная. Я наблюдал за тобой, – заявил от твердо. – Все эти годы, я имею в виду. Ты держишь себя под полным контролем, Энжи. Это требует большой силы.
На мгновение я пожелала, чтобы его слова были правдой. Конечно, это было не так. Годами я старалась сохранять самоконтроль, но чем сильнее я давила, тем больше вылезало наружу.
Подавляя вздох, я снова отвернулась, чтобы посмотреть на озеро Мичиган и лодки, которые теперь были всего лишь крошечными огоньками вдали.
– Видимо, ты невнимательно наблюдал, – сказала я.
– Наоборот, – возразил он низким и ровным голосом, настолько сильным, что все мои протесты были отклонены, не успев оформиться в слова. – Я уделял пристальное внимание. Я всегда так делаю, когда что-то важно для меня.