– Энжи, – сказал он, и начал поворачивать меня к себе.
Я закрыла глаза, запоминая этот момент. Но прежде чем я повернулась, прежде чем хотя бы допустила возможность того, что он поцелует меня, момент был разрушен, разбит на осколки резкой мелодией моего телефона.
Он убрал руки, и когда он это сделал, я услышала еще один звук. Стон.
Уверена, он исходил от меня.
Я открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как лицо Эвана превращается в окаменевшую непроницаемую маску. Я не знаю, как оно выглядело до этого, но представляла себе желание в его глазах.
Я почувствовала, как сердце сжалось, потому что мы упустили момент. И я отлично знала, что мы уже никогда его не вернем.
– Тебе стоит ответить, – сказал он.
– Что?
Он посмотрел вниз на мою крошечную сумочку, которую я решила сегодня взять только потому, что у меня не было кармана для телефона.
– О, – я уже забыла. – Это сообщение.
Я нашарила телефон и посмотрела на дисплей.
– Кевин?
– Флинн, – ответила я быстро, не желая поднимать тему про Кевина. – Помнишь? Мальчишка, который жил вниз по улице от дяди Джена в Кенилворфе.
– Наверно, уже не такой мальчишка, – сказал Эван таким тоном, что женская часть меня затрепетала от удовольствия.
– Нет, – сказала я небрежно, – уже нет.
Я внимательно смотрела на его лицо и на мгновение мне показалось, что он тянется ко мне. Что он собирается притянуть меня к себе и прижать свои губы к моим, увлекая нас обоих за это чертово стекло.
Но момент прошел, и он отвернулся, чтобы посмотреть на потемневшее озеро.
Некоторое время мы стояли в тишине. Затем он заговорил, низко и спокойно.
– Я тоже думаю о том, чтобы прыгнуть.
– Самоубийство? – вставила я.
– Нет. – Он повернулся ко мне и то, что я увидела в его лице, не было ни жаром, ни желанием, всего лишь решимостью. – Высокомерие.
В замешательстве я наморщила лоб.
– Я настолько высокомерен, что считаю себя способным контролировать собственное падение, – пояснил он.
– Но ты не можешь, – сказала я, думая о своей сестре. О своей жизни, о своем дяде. – Никто не может.
Его ухмылка была широкой, откровенно сексуальной и отчаянно печальной. Он протянул руку и легонько потрепал мою щеку.
– А ты смотри.
Я так и сделала: смотрела, как он уходит. Я осталась во дворике одна. Только я, мое смущение и страх. Не говоря уже о паре дюжин людей, которых я едва знала. Все мы на этой чикагской крыше неслись через время и пространство вселенной.
Не двигаясь, я смотрела ему вслед. Практически не думая. Позади меня начали взрываться фейерверки на Пире, и внезапно небо оживилось цветом. Я этого почти не заметила. Я видела лишь Эвана, заслонившего меня от поглощающего серого цвета.
Мне понадобилось целых пять минут, чтобы понять, что я все еще держу в руке телефон.
Я открыла сообщения и, несмотря на свое смущение, улыбнулась.
«Только приземлился. Ты в порядке?».
Я напечатала ответ: «Думаю, выживу». Но потом заколебалась. Я хотела изменить сообщение, прежде чем отправлять. Хотела рассказать Флинну о том, что сейчас произошло с Эваном, о котором он наслушался до тошноты со времени нашего шестнадцатилетия. Про то, как я вижу призрак Джена за каждым углом. О том, как ненавижу смерть и похороны, и что мечтала быть бегуном, просто натянуть кроссовки и бежать.
Однако ничего этого я писать не стала и отправила сообщение.
«Буду в десять».
Я не смогла сдержать улыбку. Он действительно хорошо меня знал.
«Все нормально, люди умирают. Я не оставлю тебя одну».
«Кевин отвезет меня к себе».
Перед следующим сообщением была небольшая пауза, и я понимала почему. Я провела слишком много ночей, донимая его своими рассказами о том, что Кевин практически идеален, и я идиотка, раз подумываю его оттолкнуть.
«Ты этого хочешь?».
Конечно же, я этого не хотела. Я хотела Эвана. Его голос у моего уха. Его руку на моей спине. Я хотела вернуться в то место в небе, и вдруг страшно испугалась, что он был единственным, кто мог отвести меня туда.
Я жестоко застучала по кнопкам. Я не хотела заниматься самоанализом по смс. Ни в коем случае.
«Пора идти. Поговорим позже».
Я поставила на телефоне режим «не беспокоить» и засунула его обратно в сумку. Если он напишет, я не хочу об этом знать. Я подняла глаза как раз вовремя, чтобы заметить, что Кевин поднялся во дворик и озадаченно на меня смотрит. Это не сильно меня удивило. Я чувствовала себя разбитой, не говоря уже о смущении и неудовлетворенности и, более того, чувстве легкой вины из-за этого приятного, странного и совершенно неожиданного происшествия с Эваном. К сожалению, я не успела надеть маску, прежде чем он успел меня заметить.