Глава 5
– Подожди, – сказала я, когда Кевин стал вылезать из своего «Приуса». – Давай пока не будем подниматься.
Мы были в гараже дома Кевина, всего в нескольких кварталах от Мичиган Авеню. Конечно, в качестве гаража это место было неплохим, но оно не было приятным или удобным, наверное, поэтому Кевин посмотрел на меня с любопытством.
– Ты в порядке? – Он потянулся и взял меня за руку. – Это был чертовски трудный день.
– Да, – согласилась я. – Пожалуйста, давай выберемся куда-нибудь.
– Куда-нибудь?
– Может, покатаемся? – Если честно, для поездки я бы предпочла кабриолет и высокие скорости. – Или пошли в «Ледж». Там сейчас открыто?
Несмотря на толпы народа, «Ледж» был моим любимым местом в городе. И хотя я знала, что там так же безопасно, как и дома, я все равно получала кайф, стоя на высоте ста трех этажей над городом на прозрачной платформе. Мой мозг не мог понять, почему я не падаю.
Лицо Кевина выражало одновременно беспокойство и затруднение.
– Дорогая, ты в порядке?
– Нет, – ответила я просто. – Я уже давно не в порядке.
Я изображала нормальность. Исполняла роль горюющей племянницы. Дочь сенатора. Лицо семьи в Чикаго. Дважды я делала заявления для прессы, хоть те и были подготовлены моим начальником, главой отдела продвижения Джена. И я специально позаботилась о том, чтобы его секретарь сопровождал меня по залам ХПГД лишь для того, чтобы дать персоналу какую-то надежду на продолжение. Это было невероятно глупо, ведь я не могла управлять «Холдинг Поглощений Говарда Джена», даже если бы от этого зависела моя жизнь.
И все же я играла роль, и играла ее хорошо. Но сейчас мне нужен был воздух.
– Просто скажи, что тебе нужно, – попросил он.
– Я пытаюсь тебе сказать… – В моем голосе сквозило раздражение, и я старалась его сдержать. Я напомнила себе, что Кевин меня не знал, несмотря на то, что мы дважды спали вместе, и он получил одобрение моего отца. Он не знал, сколько усилий я прикладывала, чтобы быть той, кто я есть. Не знал, что я постоянно держала себя под контролем. Откуда он мог знать, если я никогда этого не говорила?
Но и Эвану я тоже не говорила. И все же он понимал меня. Я вспомнила, как откликнулась на его слова, вспомнила жар его тела рядом с моим. Он дал мне все, что было нужно. Жар, слова, понимание. Он дал мне почувствовать вкус, и будь я проклята, если не хотела съесть все блюдо.
– Эй, – подал голос Кевин, передвигая руку, чтобы переплести свои пальцы с моими. – Я слушаю.
Я набрала воздуха, чувствуя себя пристыженной. Потому что он действительно слушал. Он пытался. А я сидела, фантазируя, что он прочитает мои мысли.
– Ты когда-нибудь чувствовал, что на тебя свалилось слишком много всего? – спросила я. – Как будто ты все плотно запечатал в себе, но иногда нужно просто выпустить пар. Потому что, если ты этого не сделаешь, ты взорвешься, и это будет в сто раз хуже.
– Выпускной клапан, – сказал он, и оковы на моей груди слегка ослабли.
– Да, именно так. – Я не могла поверить, что он понял.
– Дорогая, – произнес он и отпустил мою руку, чтобы потрепать меня по щеке, – пошли внутрь.
– Я… – начала было я спорить, но осеклась. Потому что не этого ли я на самом деле хотела? Мне не нужно было идти на танцы, мне нужно было ослабить контроль. Черт, мне нужно было потерять контроль.
Я закрыла глаза, представляя момент, когда мы войдем в квартиру. Он даже не закроет дверь, когда прижмет меня к стене, подняв мои руки над головой, прижавшись ко мне всем телом. Я закрою глаза, позволяя ощущениям распространиться по телу, когда он схватит меня за запястья одной рукой, положив другую мне на грудь. Я изогнусь от его прикосновения, но не очень сильно. Он будет держать меня, позволяя взять лишь то, что он хочет дать. Я потеряюсь в ощущениях и растворюсь в сладких объятиях слабости, пока не открою глаза в отчаянном желании увидеть, что этот жар не оставил мне ни единого шанса.
И когда я это представила, перед глазами появилось лицо не Кевина, а Эвана.
Я вздохнула, по-настоящему открыла глаза и увидела, что Кевин внимательно на меня смотрит, и по его идеальным чертам пробегает беспокойство.
– Энжи, ты в порядке?
Я кивнула.
– Устала, я просто устала.
– Еще одна причина пойти внутрь.
Я снова кивнула. Я не хотела разговаривать, не хотела думать. Вина и горе играли шутки с моим мозгом, и мне не было ясно, что с этим делать.