Я надеялась зря.
Едва мы поехали, он отошел от стенки и подошел ко мне. На нем был деловой костюм, весь его вид излучал уверенность и силу, мои колени начали слегка дрожать, а пульс ускорился, хотя больше всего мне хотелось сбежать.
Он наклонился ко мне, и от такой близости меня пронзил электрический разряд. Я сжала челюсти, злая на свое тело за такую реакцию на этого человека, хотя сама была готова показать ему средний палец.
Я думала, он хочет до меня дотронуться, но он протянул руку и нажал кнопку «Стоп».
Лифт вздрогнул, и я попыталась удержаться на ногах. Рукой я вцепилась в его грудки, и меня поразил шок от этого контакта. Я отдернула руку, но было слишком поздно. Я почувствовала это. Осознание. Желание. Страсть. «О боже, у меня большие проблемы».
Я заставила себя встать прямо.
– Какого черта…
Он заставил меня замолчать, приложив палец к моим губам и покачав головой. Он сделал шаг ко мне, и я могла поклясться, что слышала звук сирены. Он был так близко, что мы почти касались друг друга. Воздух между нами сгустился. Мои руки были за спиной, и я сильнее вцепилась в поручень, опасаясь, что могу не сдержаться и снова его коснуться. Что подойду ближе и потребую, чтобы он меня поцеловал. И он закончит то, что мы начали.
На одно короткое чудесное мгновенье я подумала, что этого он и хочет. Эван наклонил голову, едва не касаясь губами моего уха.
– Почему? – спросил он. – Почему Джен оставил ее тебе?
– Что? – Я отпрянула, смущенная и растерянная.
Я поняла, что он подошел ко мне не ради флирта, а чтобы я его услышала. Сирена была настоящей: когда он остановил лифт, сработала сигнализация.
Механический голос внезапно заполнил кабину.
– Сэр? Мэм? В чем проблема?
Эван поднял лицо к вентиляционной решетке, откуда нас снимала камера безопасности.
– Выключите чертову сигнализацию, – рявкнул он.
– Я должен знать, есть ли проблема. Мэм, этот мужчина вам угрожает?
Я представила, как это должно выглядеть через камеру.
– Нет, – ответила я. – Я в порядке.
На мгновение остался только звук сигнализации. Затем властный голос охранника вернулся.
– Сэр, запустите лифт.
– Дайте мне чертову минуту! – проревел Эван. – И выключите гребаную сигнализацию.
– Сэр… – Эван выключил интерком.
Через секунду сигнализация перестала завывать. Потом лифт снова поехал, и я не знала, радоваться мне или чувствовать облегчение.
Я остановилась на радости.
– Наверное, у них есть своя кнопка управления, – произнесла я, не в силах сдержать усмешку.
– К черту, – сказал Эван, и мне показалось, что он тоже прячет ухмылку.
Судя по дисплею, мы проезжали тридцать второй этаж. Секундой позже лифт остановился, и двери открылись. Я не имела понятия, что он собирается делать, пока он не схватил меня за руку и не потащил из лифта.
Коридор был пуст. Слева виднелись стеклянные двери юридической фирмы, а справа деревянные двери с маленькими золотыми табличками. Скорее всего, небольшие компании. Сегодня это место не выглядело оживленным.
– Нам надо поговорить, – заявил Эван. – Без службы безопасности, которая будет слышать каждое слово, и без звуковых эффектов.
– Да, – сказала я. – Я уже поняла. – Я скрестила руки на груди. – Говори.
– Я хочу знать, почему он оставил ее тебе.
– Я не знаю.
– Чепуха. Я видел твое лицо.
Не могла с этим поспорить, поэтому сменила тему.
– А почему тебя это волнует?
– У меня есть причины.
– Да? Ладно, я уверена, что у Джена они тоже были. – Я провела рукой по волосам, и это было ошибкой, потому что я вспомнила, насколько я грязная. Это было не самой приятной мыслью, учитывая, что Эван стоял рядом со мной и выглядел сексуально до безобразия.
– Знаешь что? – возмутилась я наконец, – Это не имеет значения. Он ушел. И насколько я понимаю, ты тоже. – Я наклонила голову, словно вспомнив что-то. – О, я сказала ушел? Не лучшее слово, ведь ты никогда не был в моей жизни. В конце концов, это было всего лишь ошибкой, правда?
Он ничего не сказал, но я увидела, как он сжал челюсти, словно готовясь отстаивать свою позицию.