Я слегка приподнялась, давая ему больше доступа, и, да, молчаливо умоляя его о большем.
Он самодовольно улыбнулся и добавил еще один палец. Он был глубоко во мне, а большой палец ласкал мой клитор, пока остальные пальцы заполняли меня. Я совсем намокла, мои бедра двигались в ритме его движений. Я была олицетворением потребности и желания. Он полностью подчинил меня.
– Я возьму тебя на небеса, Энжи. И я верну тебя на землю, когда ты взорвешься.
Я застонала, потом подвинулась на его коленях. Где-то глубоко в голове рассудок говорил, что я должна освободиться, пока не кончила прямо там, но в то же время не хотела останавливаться.
Он подался вперед и закрыл мой рот поцелуем, рукой он удерживал меня за шею, а языком проник глубоко и двигался в том же ритме, что и его пальцы внутри меня. Я потерялась, я плыла, дрожала от ощущений. И когда он отстранился, я протестующее застонала.
На краткий миг я вернулась в реальность и огляделась, осознавая, что мы были на людях. В углу было темно, и мы тут были одни, но мимо сновали официантки, на платформах танцевали девушки, и где-то тут был Коул, хоть я его и не видела.
– Эван, начала я, но его тихое «Нет», остановило меня.
– Ты это начала, – сказал он с хозяйской и шаловливой улыбкой. – Не двигайся, и никто не узнает.
Он гладил меня, пока говорил, его пальцы перешли из моей вагины к напряженному и чувствительному клитору. Я зажмурилась, прикосновение было почти болезненным. Я горела огнем, каждая моя клеточка дрожала. Но потом это ощущение, электричество, это удовольствие начало бушевать, словно шторм.
Он взял власть над моим телом, над моими ощущениями. Без его прикосновений не было удовольствия, без его участия не было страсти. Все это сосредоточилось в одной точке, каждая капля ощущения собиралась, готовясь пронзить меня. Готовясь к взрыву.
Я почти закричала, когда оргазм пронзил меня, но все же смогла подавить крик. Он держал меня, когда мое тело рассыпалось звездами, пока я не упала на него, содрогаясь от силы удовольствия, которое он мне доставил.
Мое дыхание было прерывистым, и, хотя я хотела увидеть его лицо, я не хотела шевелиться. Моя голова лежала у него на груди, его рука – у меня на спине. он полностью разрушил меня.
На один короткий миг, я одержала верх, но он быстро отыгрался, и я еще никогда не была так счастлива абсолютному проигрышу.
– Я говорил тебе, – сказал он, наклоняясь ближе и говоря мне на ухо. – Я люблю контроль. Хочешь полетать со мной сегодня, Энжи? Это мое условие.
Я повернула голову, чтобы посмотреть в его глаза, и увидела отражение собственной страсти.
– Сегодня? – подразнила я. – Ты хочешь большего?
Я застала его врасплох, и он искренне рассмеялся.
– Детка, мы еще даже не начали.
– Я… о-о-о-о…
– Давай уйдем отсюда.
Я слепо кивнула. Я знала только, что хочу еще. Я хотела этого мужчину, и хотела узнать, куда он меня отведет.
Он аккуратно поправил мои трусики и юбку – его прикосновения вызывали электрические разряды удовольствия в моем теле. Я почувствовала удовлетворение, когда он привел в порядок себя. Мне кажется, идти с эрекцией не особо удобно, и я почувствовала женскую гордость от того, что именно я привела его в такое состояние.
Он взял меня за руку и повел к заднему выходу, время от времени останавливаясь, чтобы поговорить с официантками, танцовщицами и барменами. Совершенно нормально. Совершенно по-деловому. А мне хотелось кричать от отчаяния каждый раз, когда он задерживался хоть на секунду.
Наконец мы прошли через зону для работников, прошли мимо раздевалок, зал для совещаний, несколько кабинетов и кухню по дороге к заднему выходу. Он открыл ее, запуская солнечный свет, который практически ослепил меня. Когда мы выходили, я увидела, что из одного из кабинетов выходил Коул. Без сомнения, он тоже нас видел. И я точно увидела, как он нахмурился.
Я недолго думала о неодобрении Коула. Яркое полуденное солнце отогнало все мои мысли, кроме удовольствия от момента, и когда мы подошли к машине Эвана, я смеялась от радости.
– У тебя кабриолет.
Он выглядел оскорбленным.
– Не просто кабриолет. Это «Тандерберд» 1962 года. Классика.
– Чудесно, – сказала я и действительно так думала. Он был ярко-голубым, с плавными линиями. Главное, что крыша была поднята. Эван открыл для меня дверь, и я улыбнулась этому контрасту его джентльменского поступка с тем, как его пальцы были у меня под трусиками несколько минут назад.