Эван Блэк весь состоял из противоречий, даже больше, чем я думала. Но опять же, я была такой же.
Я скользнула в машину и устроилась на теплом кожаном сиденье. Еще до того, как Эван завел мотор, я ощутила скорость и ветер, развевающий мои волосы.
– В бардачке должен быть шарф, если тебе нужно, – сказал он, словно читая мои мысли.
Он завел машину и собирался выехать с парковки.
– Ни за что, – ответила я, но все же открыла бардачок и посмотрела на его содержимое.
Там лежали несколько цветных шарфов.
– Для твоего гарема? – поддразнила я, борясь с ревностью. Если честно, этот мужчина был роскошным, желанным и одиноким. Только потому что он никогда не приводил женщин к Джену, странно было думать, что он испытывает недостаток в женском внимании. Во всяком случае, та рыженькая чувствовала себя довольно комфортно у него на коленях.
Эта мысль тоже не особенно меня радовала.
– У меня много вещей, – сказал Эван и нажал на газ, – гарема среди них нет.
Я не ответила, но начала наслаждаться поездкой и улыбнулась.
Движение было ужасным, и нам потребовалось почти сорок пять минут, чтобы добраться до Лейк-шор-драйв и квартиры дяди Джена, вернее, уже моей.
Эван управлял машиной такими же нежными, но твердыми движениями, которыми управлял мной. И «Тандерберд» был так же отзывчив. Сейчас одна его рука свободно лежала на руле, а вторая – на моем бедре, где она находилась почти всю дорогу. Она просто лежала там, большой палец слегка поглаживал меня почти бессознательно, но я знала, что это было специально, чтобы свести меня с ума.
Если честно, я больше не волновалась о ветре в моих волосах и солнце на плечах. С каждой милей, каждым футом, каждым метром мы приближались к квартире, и я хотела только выбраться из машины и оказаться в его объятиях. Предвкушение убивало меня, и несмотря на то, что во время поездки он лишь невзначай меня касался, мое тело было на пределе. Ритм двигателя, вибрация от езды и присутствие этого мужчины – все это доводило меня до предела.
Когда до квартиры оставался всего квартал, и я уже видела возвышающееся бетонное здание, Эван повернулся ко мне.
– Может, нам просто остановиться? – спросил он. – Развернуться по Шеридан Роуд и поехать через Висконсин до канадской границы?
Черт, нет. Я хотела прокричать это. Чтобы он даже не думал так меня дразнить. Но я уже потеряла в этой игре столько очков, поэтому просто откинулась, закрыла глаза и безразлично пожала плечами.
– Как хочешь, – сказала я и открыла глаза, чтобы посмотреть на него. – Ты же все контролируешь, правда?
Он поперхнулся, затем нажал на газ, и мы проехали дом. Я сдержала проклятие, не веря, что он разгадал мой блеф. Потом он искоса посмотрел на меня, и нажал на тормоз.
– Эван!
– Забудь о Канаде, – сказал он, выворачивая руль в крутом левом развороте, и ускоряясь по направлению к зданию. Когда он подъехал к стойке парковщика, в его глазах горел огонь. – Я хочу тебя обнаженной.
– Ох…
Пока парковщик открывал для меня дверь, Эван доставал из багажника кожаный чемоданчик. Он бросил ключи парковщику, взял меня под руку и повел внутрь. Я прекрасно ориентировалась в здании – в конце концов, я тут жила – но сейчас все выглядело сияющим и новым. Дворецкий более парадным, а консьерж более приветливым. Полированные каменные стены блестели, а стальные двери лифта приглащающе открылись. Я по-другому смотрела на мир, предчувствуя что-то потрясающее. Предчувствуя Эвана.
В лифте больше никого не было, и кабина была в нашем распоряжении. Как только мы вошли в нее, он подошел ближе, уперевшись руками в деревянные панели, прижав меня своим телом.
– Помнишь аллею?
От смеха меня удержала лишь сдержанная чувственность его слов. Помнила ли я? Как я могла забыть?
Но я этого не сказала. Я просто кивнула.
– Ты помнишь, что я хотел с тобой сделать?
В приступе внезапного смущения я не смогла посмотреть ему в глаза. Но я кивнула. Каждое слово отпечаталось в моей памяти.
– Скажи мне.
Мой желудок сжался в узел, но все остальное тело задрожало в предвкушении.
– Что?
Он наклонился, и я почувствовала, как его губы касаются моего уха, посылая разряды прямо мне между ног.
– Скажи мне, что я тебе говорил. Скажи, что я собираюсь сделать.
– Я… – Я хотела возразить, но один взгляд на его лицо смешал все планы. Я быстро отвела глаза. Когда я заговорила, мой голос был таким тихим, что я не уверена, слышал ли он меня. – Ты сказал, что хочешь сорвать с меня одежду. Что хочешь держать мою грудь в руках, зажав соски между пальцами. – Словно в ответ, мои соски напряглись, а грудь отчаянно захотела прикосновения.