Но Даня к предложенной атмосфере не присоединилась, а лишь сильнее выпрямила спину и еще раз мысленно пробежалась по теме их чуть затянувшейся, по ее мнению, беседы.
‒ По-моему, касательно своих предпочтений я не сообщила ничего нового, ‒ сухо заметила она.
Глеб не препятствовал их с Яковом отношениям. Не осуждал, не оказывал на племянника давление и не пытался ухаживать за Даней. Хотя явно по-прежнему сохранял сильные чувства к Шацкой.
Просто иногда грузил Даню работой. Не той, с которой она не могла бы справиться. Но нередко выходящей за пределы ее функциональных обязанностей и на основе которой ей приходилось часто наведываться к нему в кабинет.
Выполненную работу Глеб оплачивал. И не удерживал Даню. И вроде как не строил намеренно ей козни ни в чем. Кажется, он искренне наслаждался тем, как она заявлялась к нему посреди рабочего дня и принималась масштабно ворчать.
‒ Да, у тебя с предпочтениями без изменений. ‒ Глеб откинул голову назад, заставив кресло чуть прокатиться, и уставился в потолок. ‒ Не беспокойся. Это банальная зависть, Даниэла. Всего-навсего завидую своему племяннику.
‒ Здоровая самокритика похвальна, босс. Так что там с кандидатом в модели?
Оттолкнувшись от подлокотников, Глеб навалился на столешницу и совсем не начальственно уместил голову на сложенные руки. Добавив уязвимости взгляду, он с улыбкой глянул на девушку снизу вверх.
‒ Предполагаю, что распинаться о моих чувствах бесполезно? ‒ с напускной кротостью в интонациях, уточнил он.
‒ Я без ума от Якова Левицкого, ‒ коротко бросила Даня.
Глеб моргнул. А затем хохотнул.
‒ Говорить о своей страсти с таким сдержанным выражением на лице. Забавно. Очень в твоем духе.
‒ Уволите меня?
‒ Что? Нет уж. ‒ Вздохнув, гендиректор выпрямился и укоризненно уставился на нее. ‒ Черствая красавица, как обычно, подходит ко всем вопросам радикально. И не позволяет сбить себя с пути.
‒ Уволите меня?
‒ Да что ты! Нет, сказал же, нет. Я ни в коем случае ни на что тебя не провоцирую. Просто твое присутствие повышает мне настроение. Приятно с тобой разговаривать.
‒ Для веселья вам бы следовало пригласить кого-то вроде Регины Горской. Бесконечная атака оптимизмом была бы обеспечена.
‒ Вот только не надо мне эту женщину в собеседники навязывать. ‒ Греб страдальчески поморщился. ‒ От одной мысли о ней уже в голове трещит.
Несмотря на то, что Глеб и Регина ранее не раз объединяли силы ради Якова и сами по себе всегда были на стороне юноши, между собой отчего-то не ладили с грандиозным постоянством. Как-то не строилось у них дружеское общение, да и присутствие друг друга они попросту не переваривали. Хорошо, что Регина не являлась сотрудником «Фатума», а иначе здание и сотрудники компании вряд ли выдержали бы это апокалиптическое противостояние.
‒ Так вы не передумали насчет моей встречи с кандидатом? ‒ Даня не теряла надежды воззвать к разумности гендиректора.
‒ Вернись к общению на «ты».
‒ Ты не передумал? ‒ послушно перестроилась она, решив было, что у Левина наконец врубилась рациональность.
‒ Извини. Я склонный к упрямству плохиш. ‒ Глеб нацепил невинную улыбку. ‒ Сегодня с этим парнем встретишься именно ты.
Шумно вдохнув и выдохнув, Даня взяла со стола стакан с водой и сделала громкий невежливый глоток.
‒ Все нецензурные выражения отправились в воду, да? ‒ едва сдерживая смех, спросил гендиректор.
‒ Так и есть. Мой речевой фильтр барахлит, господин гендиректор. Опасаюсь обложить вашу уважаемую персону красочными многоэтажными характеристиками.
‒ Мне нравятся честные люди.
‒ Глеб… Валентинович. ‒ Даня позволила себе смягчить тон и слегка наклонилась вперед. ‒ Я не разбираюсь в прослушиваниях или в том, что вообще здесь эти собеседования из себя представляют. Может, целесообразнее отправить на встречу Шушу? Раз дело пока не в бумажках, а в визуальной составляющей. Ну, попялюсь я на парня. Скорчу умную физиономию. Тебе-то что это даст?