Мы двигались сквозь Зимнюю ночь вдоль западных отрогов Гримволла, направляясь к броду через Рон, к Каменному мосту и, наконец, к Сигнальным горам, за которыми и находится крепость Чаллерайн. Путешествие намечалось неблизкое — мы уже ехали почти тридцать дней, а оставалось ещё около двадцати. Но тут мы наткнулись на отряд Модру. Все погибли, кроме меня.
Брегга умолк и снова натянул капюшон на голову.
— Верно, это дурные вести, — сказал Гилдор, — но это объясняет, почему не доехали наши гонцы, почему не было вестей с юга и почему войско не пришло — оказывается, оно борется с захватчиками с юга.
— А что война, Брегга, есть ли какие новости? — спросил Гален с мрачным лицом; глаза его были суровы.
— Ваше величество, мне не известно, что там происходит сейчас, ответил Брегга, — с тех пор как я уехал, прошел уже месяц. Пеллар погибал, но прискакали всадники из Валона и заставили захватчиков немного отступить. Битвы следовали одна за другой, но все новые отряды врага прибывали на кораблях. Когда я уезжал, перевес был на вражеской стороне и перспективы наши были весьма мрачны.
С минуту никто не говорил ни слова, потом Такк крикнул с вершины скалы, где он сидел на страже:
— Ты упомянул какую-то Священную войну, Брегга. Что это такое?
— Они называют это Великой Священной войной, — ответил Брегга. — Они убеждены, что Гифон вернется и свергнет Адона.
Лицо Гилдора побледнело до пепельного цвета.
— Как такое может быть? — выдохнул он. — Великое Зло изгнано за пределы Сфер. Оно не может вернуться.
Брегга только плечами пожал.
— Как, спрашиваешь, такое может быть? — сказал Гален с горечью. — Лорд Гилдор, на твой вопрос я отвечу другим вопросом. — Он указал на тьму. — А как могло случиться, что Зимняя ночь, вопреки Заклятию Адона, поглотила нас? Какая темная сила, какой пожиратель света правит Солнцем так, что оно не может разорвать темные узы? А если такое случилось и Заклятие Адона было нарушено впервые за четыре тысячи лет, тогда, наверное, и Гифон смог вернуться.
— А, — воскликнул Гилдор, — раз такое случилось, то мир погрузится в такую глубокую и страшную яму, что и Хель покажется раем.
Потом они долго молчали, и страх тек по жилам Такка, отзываясь в сердце: хоть ваэрлинг и знал о Гифоне немного, ужас Гилдора кое о чем говорил.
Наконец заговорил Гален:
— Нам надо немного отдохнуть, завтра мы поедем к перевалу Куадран, а на следующий день постараемся его пересечь.
— Я буду смотреть, — сказал Такк со своего места, — войско Модру близко, и мои глаза могут понадобиться. А заснуть я сейчас все равно не смогу.
— Нет, ваэрлинг, — возразил Гилдор, — ты устал, я же вижу, а в следующие несколько дней твое зрение понадобится, как никогда. Ты отдохни, а я посмотрю — хоть с тобой мне и не сравниться, все же я вижу намного лучше рупт. А сон у эльфов не такой, как у смертных: я могу дремать и смотреть одновременно, хотя, конечно, не все время — даже эльфам иногда надо как следует выспаться. Но я могу быть на страже много суток подряд.
Итак, все, кроме Гилдора, улеглись, а он сел на высокий камень и нес стражу; ум его покоился в приятных воспоминаниях, пока глаза пристально смотрели вдаль.
Такк, однако, заснул не скоро, мучаясь тревожными предчувствиями и вспоминая тот далекий день, когда Даннер рассказал о падении Гифона и передал последние слова Великого Зла, которые теперь отозвались эхом в голове маленького ваэрлинга: «Далее теперь я привожу в движение события, которые вы не в силах остановить. Я вернусь! Я завоюю! Я буду править!»
Когда они покидали лагерь, казалось, что Брегге снова не хочется садиться на Стремительного за спиной у Гилдора, и Такк удивился, что такой грозный воин, как гном, может так испугаться обыкновенной лошади. Но Брегга заскрежетал зубами и взобрался на коня.
По знаку Галена Такк уселся на холку Агата, и они снова направились на юго-восток.
Они ехали мимо холмов, и по мере приближения к Куадрану местность неуклонно поднималась. Показались четыре великие горы Гримволла — Серая Башня, Высокий Утес, Темный Шпиль и самая могучая — Шлем Бурь. У подножия этих пиков лежал Дриммендив, древняя страна гномов, теперь покинутая ими и ставшая обиталищем ужаса — Гаргона, союзника Модру, злого вулка, служившего Грону в великой войне Изгнанников. Как и говорил путникам Ванидор, когда они покидали долину Арден, тьма может вернуть это страшное чудовище из изгнания, вывести с Куадрана в те области, где воцарился мрак. Это будет страшный союзник войска Модру, ибо Гаргон сеет ужас, армии побегут от него, солдаты окаменеют от страха и станут легкой добычей.