— Стрелы у тебя есть? — спросил Патрел.
— Нет, — ответил Даннер. — Последнюю я выпустил в Змееголосого.
— Но без оружия мы не сможем вступить в бой. — Голос Патрела был мрачен. — Тогда мы окажемся скорее помехой, чем подмогой.
Они спешились и посмотрели на кипевшую внизу битву: Патрел сел на корточки перед пони, внимательно вглядываясь, Даннер стоял, сжимая и разжимая кулаки.
Бойцы метались в разные стороны у края рва, образуя бурлящее месиво из стрел, мечей, расколотых шлемов и пронзенных кольчуг. В воздухе звенели крики, замертво падали люди, гхолы, а иногда и ваэрлинги. По полю бегали потерявшие всадников лошади и пони.
Даннер топтался по снегу, скрежеща зубами от ярости, не сводя с поля брани горящих янтарных глаз, Патрел же сидел неподвижно и бесстрастно, его голубовато-зеленые глаза мерцали.
И вдруг Патрел вскочил на ноги.
— Король! — закричал он, показывая туда, где в гуще битвы сражался всадник на сером Урагане.
Ауриона Красноокого окружили, и он отбивался, нанося мечом могучие удары. Гхолы падали замертво с раскроенными черепами или обезглавленные, но на их место заступали другие, и один бросил копье, пронзившее короля. Аурион, однако, продолжал рубить, и ещё двое были убиты. К нему пробился эльф лорд Гилдор, отражая удары сабель алым мечом и длинным сияющим кинжалом. Он оказался рядом с Аурионом: гхолы отступили перед колдовским светом двух эльфийских клинков. На мгновение они вместе встали перед врагом — эльфийский воин и пронзенный копьем король против захватчиков-гхолов, — и никто не двинулся с места. Но тут Аурион упал вперед на шею Урагана, и гхолы с воем развернулись и поскакали прочь.
Даннер застыл на месте, его глаза были похожи на две светящиеся льдинки. Патрел расхаживал туда и сюда, его взор, полный ярости, горел зеленым огнем. А потом они оба стояли неподвижно, глядя, как лорд Гилдор уезжает с поля битвы, ведя под уздцы Урагана. Выбравшись из средоточия схватки, эльф спешился и опустил Ауриона на землю, затем сложил руки короля на груди и положил меч рядом с ним.
— Аурион Красноокий мертв, — сказал Даннер ровным голосом. Патрел отвернулся, его изумрудные глаза были полны слез.
— Эй, смотри! — крикнул Даннер. — Видрон вырвался!
Патрел повернулся и увидел отряд людей, наконец освободившихся, под предводительством седобородого Видрона: всадники скакали на восток, гхолы преследовали их. Гилдор тоже пришпорил своего коня, не отпуская узду Урагана и стараясь умчаться прочь от гхолов, и Стремительный обогнул отряды противников, тяжело скакавших на конях Хель.
Рюкки и хлоки выскочили из северных ворот, с ними — несколько великанов, и все они начали обыскивать тела убитых в надежде чем-нибудь поживиться. Там были и гхолы: они перегородили дорогу, по которой скакали беглецы.
— Они преградили путь, — проскрежетал Даннер. — Придется в объезд.
— Встречаемся в долине Сражения, — сказал Патрел. — Мы объедем с запада и направимся по Почтовой дороге.
Они снова сели на беломордого пегого пони, Патрел впереди, Даннер позади, и скрылись во тьме, окутавшей холмы у подножия горы Чаллерайн.
— Ты не видел, спасся ли ещё кто-нибудь из варорцев? — спросил Патрел.
— Нет, — буркнул Даннер. — Ни пешком, ни на пони, ни на коне рядом с человеком.
— Только восемь наших прорвались к северным воротам, — сказал Патрел. — И я видел, как двое… нет, трое пали после этого, хотя и не разглядел, кто это был. Может, Сенди, а кто ещё — я не знаю.
— Такк? — Голос Даннера срывался.
— Не знаю, Даннер, — ответил Патрел. — Может, и Такк. Слушай, Даннер, нам придется признать, что мы, скорее всего, последние, кто остался в живых из свиты короля.
Некоторое время они ехали в молчании.
— При встрече мы и выясним, уцелел ли кто-нибудь ещё из Терновых лучников, — сказал вдруг Даннер. Они продолжали путь по склонам холмов.
— Смотри! — крикнул Патрел, указывая на что-то. Впереди в долине стоял оседланный белый пони, такой, на каких обычно ездят ваэрлинги.
— Тише, — сказал Даннер, — он еще, может быть, напуган битвой или запахом коней Хель.
Они медленно подъехали к маленькой лошадке, широкомордый пони Патрела заржал, и белый подбежал рысью, словно был рад видеть другого пони и ваэрлингов.
Даннер спешился и, ласково что-то приговаривая, взял белую кобылку под уздцы, осматривая, не ранена ли она.
— С ней все в порядке, — сказал ваэрлинг, немного подумав. — Она похожа на пони Тедди, а может, и Сенди.