— Бежать, — прохрипел он, голос уже больше напоминал рычание. — Нужно бежать!
Но было поздно.
Тень накрыла их внезапно — огромная, заслоняющая звёзды. А потом раздался оглушительный треск, и часть монастырской стены, видневшейся между деревьями, обрушилась в клубах пыли.
Тим застыл, не в силах пошевелиться. Прямо перед ними, не далее чем в сотне шагов, на полуразрушенной стене монастыря восседал дракон.
В лунном свете его чешуя переливалась всеми оттенками меди и бронзы, а глаза горели зловещим янтарным огнём. Размерами он превосходил всё, что Тим мог представить — каждое крыло длиной с корабельную мачту, шипы на спине как обломки мечей, когти, способные одним ударом разрушить дом.
— О, Создатель… — едва слышно пробормотал Томас, стискивая рукоять меча так, что побелели костяшки пальцев.
Дракон повернул голову, и его взгляд, холодный и древний, остановился на них. Тим физически ощутил этот взгляд — словно что-то тяжёлое придавило его к земле. Всё его тело словно заледенело, ноги отказывались двигаться.
Чудовище издало низкий, рокочущий звук — то ли рык, то ли смех, от которого волосы на затылке встали дыбом. А потом он заговорил, и его голос был подобен грому среди гор:
— Я чувствую их. Мои кристаллы. Так близко…
Тим не сразу осознал, что понимает драконью речь. Слова ввинчивались прямо в мозг, минуя уши, и каждое отзывалось внутри дрожью ужаса и благоговения.
— Беги, Тим, — отрывисто скомандовал Томас, становясь между ним и драконом. — Бери мешок и беги. Мы попытаемся его задержать.
В любой другой ситуации Тим рассмеялся бы над абсурдностью этих слов. Что могли сделать старый рыцарь и даже медведь-оборотень против такой мощи? Но сейчас было не до смеха.
Он сделал шаг к мешку, но в этот момент кристаллы вспыхнули с такой силой, что на мгновение вся поляна озарилась ослепительным синим светом.
Дракон взревел — торжествующе и яростно. Одним могучим прыжком он оттолкнулся от стены монастыря, которая окончательно обрушилась под его весом, и взмыл в воздух. Несколько мощных взмахов крыльев — и он навис над поляной, где стояли Тим и его друзья.
Порыв ветра от крыльев чудовища сбил Тима с ног. Он упал на снег, чувствуя, как земля дрожит под ударами драконьего хвоста, разбивающего камни и вырывающего с корнем вековые сосны.
Тим перекатился, вскочил на ноги и в ужасе увидел, как дракон приземляется прямо на валун, под которым они только что стояли. Камень треснул под его весом, но выдержал.
— Так вот кто украл мои сокровища, — прогрохотал дракон, и в его голосе звучала насмешка. — Трое жалких созданий, одно из которых даже не полностью человек.
Его янтарные глаза, каждый размером с голову Тима, неторопливо осмотрели их, словно оценивая.
— И маленький маг огня, — добавил дракон, когда его взгляд остановился на Тиме. — Я чувствую в тебе искру, малыш. Крошечную, но яркую.
Тим застыл, поражённый тем, что дракон смог увидеть его способности. А потом внутри него что-то щёлкнуло. Страх никуда не делся, но к нему добавилось что-то ещё — гнев. Горячий, всепоглощающий гнев.
"Это он," — пронеслось у него в голове. — "Тот, кто убил моего отца. Сжёг мою деревню. Уничтожил столько жизней."
Кристаллы в мешке словно отозвались на его эмоции — их сияние стало пульсировать в такт его сердцебиению. Тим внезапно почувствовал прилив сил, похожий на то, что испытал в монастыре, но гораздо более мощный. Это было не просто тепло — это был настоящий огненный шторм внутри.
"Если не сейчас, то когда?" — мелькнула мысль, и он сделал шаг вперёд.
— Тим, не смей! — крикнул Томас, но его голос словно доносился издалека.
Тим вскинул руки, направляя их в сторону дракона. Сначала ничего не произошло, лишь в кончиках пальцев появилось знакомое покалывание. Но затем оно начало распространяться — вверх по ладоням, к запястьям, локтям, плечам, пока всё его тело не загудело, словно натянутая струна.
Время, казалось, замедлилось. Тим чувствовал, как внутри него открывается что-то — словно плотина перед мощным потоком. Огонь, который раньше был лишь искрой, теперь превратился в бушующий ураган, рвущийся на свободу. Он закрыл глаза, позволяя этой силе течь сквозь него, наполняя каждую клеточку тела.
Когда он снова открыл глаза, его руки светились изнутри — словно кожа стала прозрачной, и сквозь неё проглядывал раскалённый металл. Вены на руках светились золотисто-красным, пульсируя в такт биению сердца.