"Огонь… моя стихия," — пронеслось в голове. — "Если есть что-то, что я могу сделать, то именно это."
Он вытянул руки перед собой, пальцы широко расставлены, ладони направлены в сторону дракона. Кристаллы за его спиной снова откликнулись, посылая волны энергии, которые прокатывались по его телу, собираясь в кончиках пальцев.
Драконье пламя ударило мгновением позже — не узкой струёй, а широким фронтом раскалённого до белизны огня. Тим почувствовал его приближение еще до того, как увидел — волна жара ударила ему в лицо, воздух задрожал, как над костром.
А потом пришло пламя.
Это был не обычный огонь — это была сама сущность жара, чистейшее воплощение разрушительной силы. Он был белым в сердцевине, окаймлённым золотистыми и алыми языками, и нёс в себе такую мощь, что казалось, сам воздух должен был расплавиться под его натиском.
Но Тим был готов. Когда огненный шторм приблизился, он не отпрянул, а шагнул ему навстречу, вытянув руки, как будто собирался поймать что-то.
Магия пульсировала в его венах, наполняя каждую клеточку тела странной, холодной ясностью. Он чувствовал огонь — не просто видел его, а ощущал каждый изгиб пламени, каждую пульсацию жара, словно это была карта, развёрнутая перед его внутренним взором.
Когда драконье пламя почти достигло их, Тим резко развёл руки в стороны, словно разрывая невидимый занавес. И огонь… подчинился. Поток раздвоился, обтекая их троих, как вода обтекает камень в реке. По обе стороны от них бушевало пламя, плавя камни и превращая деревья в пепел, но в центре, там, где стояли они, был лишь островок относительной безопасности.
Тим чувствовал, как его силы быстро истощаются. Руки дрожали, ноги едва держали, в груди словно горел огонь. Пот градом катился по лицу, испаряясь, едва коснувшись кожи. Воздух был таким горячим, что каждый вдох обжигал легкие.
Но он держался. С каждой секундой контроль давался всё труднее — огненный поток постоянно менял направление, силу, интенсивность, словно живое, мыслящее существо, пытающееся обойти преграду. Тим чувствовал, как оно давит, ищет слабости, пытается просочиться сквозь малейшие щели в его защите.
"Ещё немного," — думал он, чувствуя, как подгибаются колени. — "Ещё совсем чуть-чуть…"
Его разум метался между двумя полюсами — болью изнеможения и странным, почти трансцендентальным ощущением единства с огнём. Эта была не схватка двух противоположных сил, а скорее танец — сложный, изнурительный, но в каком-то смысле гармоничный.
Постепенно драконье пламя начало ослабевать. Поток становился тоньше, менее плотным, а затем, так же внезапно, как начался, прекратился.
Когда последние языки пламени угасли, Тим рухнул на колени, задыхаясь и дрожа от изнеможения. Каждый вдох отдавался болью в опалённых лёгких, перед глазами плыли чёрные пятна. Он с трудом мог пошевелить руками — мышцы словно превратились в расплавленный свинец.
Вокруг них всё горело. Лес превратился в море огня, деревья полыхали, как гигантские факелы, от снега не осталось и следа. Руины монастыря тоже были охвачены пламенем, и отовсюду доносились крики людей.
— Неплохо, малыш, — прогрохотал дракон, снова склоняя голову набок. — Но долго ли ты сможешь так танцевать с огнём?
Удар хвоста был молниеносным. Земля содрогнулась, взрывная волна отбросила Тима на несколько шагов. Мешок с кристаллами выскользнул из его рук, с глухим стуком упав на обожжённую землю.
Тим попытался подняться, но ноги подкашивались. Он видел, как Томас, отброшенный в сторону, с трудом приподнимается на локте. Бран, теперь снова в человеческой форме, лежал без движения у подножия расколотого валуна.
— Слишком просто, — проворчал дракон, почти разочарованно. — Я ожидал большего от тех, кто осмелился украсть мои кристаллы.
Он наклонился к мешку, его ноздри раздулись, втягивая знакомый запах. Огромные челюсти сомкнулись, захватывая мешок целиком.
— Нет! — закричал Тим, но было поздно.
Одним мощным прыжком дракон взмыл в воздух, с каждым взмахом крыльев поднимаясь всё выше и выше. Тим, Томас и лежащий без сознания Бран остались внизу, среди пылающего леса и разрушенного монастыря.
Дракон поднялся выше гор, превратившись в тёмный силуэт на фоне звёзд. На мгновение он замер там, словно давая им время осознать произошедшее.
А потом небо взорвалось.
Это не было похоже на обычный огонь. Драконье пламя, усиленное кристаллами, затопило небосвод потоками багрового света, превращая ночь в искажённый, кошмарный день. Раскалённые волны огня перекатывались по небу, словно буря на поверхности невозможного океана.